ПЛОСКИЕ И ОБЪЕМНЫЕ ОНТОЛОГИИ

Пару лет назад я осознал, что сам подход к занятию метафизикой в той философской литературе, которой я был увлечен, совершенно неудовлетворителен. Для фиксации того, что именно меня не устраивает, я сделал категориальную пару: плоские онтологии / объемные онтологии. Я постараюсь это различение объяснить, хотя оно и не является до конца оформленным сейчас.

Предположим, что мы – аналитический метафизик вроде Сайдера и желаем сконструировать онтологическую теорию. Например, мы постулируем, что существуют условия объединения объектов в мереологические совокупности, мы разрабатываем какой-то критерий тождества объектов во времени, разрабатываем модальную метафизику, делаем теорию абстрактных объектов, выбираем теорию в онтологии времени и проблеме свободы воли и пр. В результате, мы имеем некоторую теоретическую схему – неплохого кандидата на истинную теорию. Назовем её "модель №1". В свою очередь, какой-нибудь автор, например, Яворский, делает структурно-гилеморфическую онтологию и иначе отвечает на ряд метафизических проблем. Назовем его теорию "модель №2". Несмотря на то, что эти модели могут сильно отличаться по стандартам аналитической философии, они мне кажутся похожими, поскольку основываются на схожем представлении о том, как вообще онтология должна выглядеть в результате.

Для контраста предположим теперь, что мы находимся в мире средневекового богословия и исходим из непознаваемости Бога – принципиальной невозможности описывать его в доступных нашему интеллекту категориях. То, что хорошо применимо для описания окружающей нас реальности, оказывается неприменимым для описания Бога. Отсюда рождается необходимость разработки особого апофатического дискурса, который, насколько я вижу, в любом случае будет аналогическим, если содержит хоть какой-то позитивный компонент. То есть, еще раз, есть зоны "реальности", которые настолько онтологически отличны от привычного нам мира, что это сказывается и на категориях ее описания. От нас требуется возвести дополнительный "этаж" семантики, которая работает по иным принципам. Это я и называю объемом онтологии.

Дело не просто в том, что в мире существует различное, но еще и в том, что разница эта настолько радикальна, что требует принципиально иного аппарата описания. То есть, когда онтологическое различие отражено и в структуре дискурса, это и придает теории тот самый объем. Сравним апофатические богословские теории, например, с теорией из учебника Моусона по философской теологии: Бог у него полностью доступен человеческому пониманию. То есть Бог для него – очередной объект, просто с все-предикатами. Онтология Моусона, таким образом, является плоской: в ней нет дополнительных этажей, выраженных новым уровнем семантической структуры.

Вернемся теперь к "модели №1" и "модели №2". Когда мы говорим о Боге, то эта апофатическая интуиция вполне ясна: довольно естественно считать, что человеческое мышление ограничено и что Бог, если Он есть, совершенно точно не может быть понят. Однако я думаю, что подобное различие должно быть проведено не только между миром и Богом, но и внутри мира – между природой и субъектом. Поэтому, с моей точки зрения, Хайдеггер имел очень правильные философские интуиции: мы должны описывать жизнь человека иным категориальным аппаратом, чем-то принципиально субъективным, например, как вы знаете, экзистенциалами. То есть даже в построении онтологии "нашего мира" нам нужно возвести дополнительный этаж семантики для описания человека, и тогда у нас будет более объемная теория. В результате, как я считаю, онтологическая теория должна иметь три "этажа": ([мир/субъект]/Бог). Из всех известных мне современных философских теорий, самая плоская – это онтология американского философа Дэвида Льюиса. Самая объемная из философских – это онтология Хайдеггера. Я не утверждаю, что нужно обязательно множить объем, но считаю, что без него теория оказывается малосимпатичной. Но это уже совсем другой разговор.