Ролевая проекция

Недавно я сформулировал для себя довольно полезную идею, которая, вполне вероятно, очевидна для психологов. Я назвал это ролевой проекцией. Начну с простого. Когда мы интерпретируем слова друг друга, мы делаем это не напрямую и буквально, а, во-первых, в контексте некоторой прагматики, и, во-вторых, в рамках истории взаимодействия. Если два человека вместе готовят, смысл их слов и жестов интерпретируется именно через этот процесс, а не какой-нибудь другой: жест указания, например, будет значить «подай нож», а не «смотри, нож!». Большое влияние вносит и история общения, которая задаёт огромное количество интерпретативных слоёв. Например, юмор в семье обычно обрастает столькими смысловыми уровнями, что тонкая игра на этих уровнях является смешной только конкретно для этих, например, двух людей, потому что только они имеют достаточную семантическую компетенцию, чтобы понимать эти шутки.

Теперь к тому, что кажется интересным. Иногда люди способны через какие-то утверждения или жесты создавать иллюзию истории и прагматики и навязывать её. Как-то я столкнулся с таким примером: в процессе вполне нормального общения мне была адресована обвинительная фраза: «Господи, вот взрослый же человек, ну вот…». Был такой ещё пример: читал я как-то за столом со знакомыми неплохую статью из спрингеровского журнала, посвящённую дискурс-анализу текстов Мирового экономического форума. Ну и говорю, что вот, мол, читаю этот текст сейчас. Двое ребят активизировались и начали издеваться, мол, а вот башни-близнецы — вот их правительство США ведь взорвало?

Что роднит эти случаи? В них нет какого-то очевидного прямого оскорбления. С точки зрения буквы кажется, что ничего грубого эти люди не говорят. Однако на самом деле это не так: эти утверждения несут вместе с собой целые сценарии, в которых уже определены и распределены ролевые модели. В первом случае мы видим сценарий, в котором взрослый отчитывает ребёнка. Во втором случае включился сценарий, где интеллектуально просвещённые люди забавляются над конспирологом.

Именно актуализацию подобных сценариев я называю ролевой проекцией. Для меня важно выловить такие ситуации, когда проецируемая ролевая позиция является глубоко неприемлемой для личности, которая является реципиентом позиции. Эта неприемлемость не обязательно должна выражаться в суждении, она может переживаться в других установках, эмоциях или даже телесных реакциях на ситуацию. В сущности, это ситуация, когда меня вовлекают в образ «я», который часто радикально отличается от моего реального образа «я».

С моей точки зрения, подобные проекции гораздо хуже обычного хамства, грубости или оскорбления. Я бы предпочёл, чтобы меня оскорбили напрямую, чем косвенно проецировали оскорбляющий сценарий. Легко сохранить себя в ситуации оскорбления: либо идёшь на эскалацию и защищаешь своё «я», либо оказываешься мудрее и перестаёшь испытывать потребность в такой защите. В ситуации ролевого проецирования очень сложно сориентироваться на месте, потому что это оскорбление скрытое, а иногда даже трусливое. Иногда оно застаёт врасплох, и требуется время и внутренняя работа, чтобы ситуацию переварить и обезоружить.