Достоевский редко просил ласки, но когда это происходило, больше похож он был на кота, нежели на угрожающего дьявола, поднявшегося из глубин ада, дабы карать, разрушать и наказывать. Тогда его глаза наливались усталостью бо'льшей чем обычно, векм, подобно самому несчастному созданию, что можно себе только было бы вообразить, прикрывались, а брови немного сдвигались, углубляя ямки на переносице, что были уже почти привычны – хмурился Федор ой как часто, работая ночь за ночью.
В такие сокровенные моменты он имел обыкновение подходить сзади, и, сокрушаясь томным вздохом, будто безмолвно вываливая все обо всем: когда-то умолченные проблемы, назойливые головные боли, все чувства и мысли изливал он в этом коротком, приглушённом вздохе.
Бывало в сухом поцелуе прикладывался он к ключице, будто ощупывая на наличие того тепла, что хотелось получить, забыв про все насущное – бывало не делал он этого; но всегда некрепко сжимал свои промерзшие руки, имея привычку комкать в них одежду – это можно заметить по состоянию его брюк. Он зарывался в чужое тело лбом, тем самым прячась от света, закрывая глаза, что теперь позволили впасть в транс, отметавший все многочисленные размышления.
#𝗦𝗰𝗲𝘁𝗰𝗵
𝘾𝙝𝙖𝙧: Достоевский