Внезапность является одним из ключевых элементов оперативного искусства, позволяющим достигнуть успеха при ограниченных ресурсах и серьезных рисках ответных действий. Среди прочих способов достижения внезапности можно отметить 1) повышение готовности своих войск и снижение готовности противника, 2) сделать свои возможности и намерения максимально неопределенными для противника.

1. Повысить готовность к быстрой реализации российской операции в Прибалтике с применением территории Беларуси вполне реально за счет размещения на наших складах российских боеприпасов и техники, высвобождения из техники ВС Беларуси на хранении определенного количества россиянам. Для быстрого создания здесь ударной группировки достаточно будет прилететь и приехать солдатам, даже на гражданских средствах. Или создать базы, учебно-боевые центры и иные способы присутствия росвойск в Беларуси.

Снижение готовности противника достигается в том числе информационными операциями, в первую очередь, дезинформацией и мерами успокоения. К примеру, подпитка на западе нарративов: «русские даже не взяли ... в Украине, ну какая Прибалтика?», «Прибалтика в НАТО - Россия не сунется» и т.п.. Дополнительно грамотно используется распределение времени: могут использовать оперативные паузы в войне с Украиной как знак мирных намерений. И в целом действовать с пониманием срока циркулирования проблем на западе (интерес к войне в Германии по трендам гугл серьезно не продержался и 4 месяца; понимание этого Россия давно активно использует и действует растянуто для минимизации последствий, пока все живут «одним днем»).

Еще один способ - создание политических проблем или умелое и своевременное их использование.

2. Серьезная неопределенность у противника не только повышает шансы «прозевать» удар, но и распыляет его ресурсы. Пребывание российских войск в Беларуси уже трактуется неоднозначно (в какую сторону повернут -на север или юг?). Дополнительным фактором распыления внимания может стать интенсификация тезиса, который в 2015 активно подпитывали сами европейские политики и украинские высшие должностные лица, а также ряд политологов: «Лукашенко противостоит Путину». Так, заявления о редоставлении Россией «Искандеров» и о ядерном оружии при мышлении в духе указанного тезиса будут приводить западных и украинских политиков к трате времени на попытки диалога, чтобы «вбить клин» между Путиным и Лукашенко.

Россия не передаст ЯО Беларуси не из-за ДНЯО, а из-за нежелания потерять контроль над таким оружием и отсутствия специнфраструктуры в Беларуси. Возможен вариант использования формально беларусских носителей российскими военным в нужный момент.

Неопределенность достигается и планомерной дезинформацией. Условно говоря, пока все смотрят на озвученные Су-25, ядерный удар может нанести артиллерия 2С3 и другие средства доставки. Для российских Ту-22 и Ту-160 не нужна специнфраструктура в Беларуси (прилетят с ЯО сразу из РФ), с 2021 их полеты стали регулярными у нас. Вот и неопределенность - несет этот бомбардировщик ядерные заряды или обычные.

Пока в Прибалтике для России проблема не статья 5 договора НАТО, а нахождение способа нейтрализации там войск США и внешних европейских стран - недопущение их серьезного противодействия для достижения целей операции, при этом не убивая их для предотвращения бурной реакции в США и ЕС на гибель своих. После внезапного удара стоит ожидать попытки затормозить действия НАТО за счет различных способов затягивания времени и отвлекающих мер, а гибель американцев или европейцев может стимулировать к немедленному военному реагированию.

Стратегия НАТО по освобождению Прибалтики, а не ее изначальной защите, может оказаться пагубной. НАТО придется освобождать города, в которых российские войска и европейское гражданское население. Что сделать без убийства гражданских будет крайне сложно. А угроза убийства гражданского населения будет серьезным тормозящим фактором к военным действиям и подталкивающим к переговорам, которые в конечном итоге могут сделать тему Прибалтики просто формальной до лучших времен, по примеру Крыма.