На прошлой неделе наш юрист Дмитрий Захватов рассказал, как помог беженцу из Запорожья отбиться от уголовной ответственности за использование поддельного паспорта при переходе литовской границы.
Сегодня он поделится своими впечатлениями от взаимодействия с литовской уголовной системой.
Привет! Это снова я.
Пока я работал по делу Сергея Воронкова, я довольно плотно соприкоснулся с местным судопроизводством. И в этом посте я опишу, как работает (а местами – как не работает) уголовное право и уголовный процесс в Литве.
Начнем с полномочий прокурора. В отличие от России, где прокуратура выполняет декоративные функции, в Литве у прокурора очень большие полномочия. Он не только взаимодействует с судом на стадии досудебного расследования (ходатайства о прослушке, обыске, мере пресечения), но также полностью руководит процессом расследования – вплоть до того, что имеет право взять это расследование в свое производство. Следователь же играет вторую роль и не является самостоятельной процессуальной фигурой.
Про «назначенцев». Здесь ситуация во многом аналогична российской. Ставка за работу «назначенцев» – примерно 25 евро/час. Она удваивается, если защита по делу требует узкоспециализированных познаний. Но в сравнении со ставкой адвоката по соглашению, которая составляет около 100 евро/час, это небольшие деньги. Что, конечно, не мотивирует «назначенцев» оказывать доверителю качественную юридическую помощь. Так, в случае Сергея Воронкова адвокат по назначению вступила в сговор с обвинением, убедив его признать вину в условиях очевидного отсутствия состава преступления. Знакомо, правда?
Про СИЗО. Рассказываю на примере изолятора Каунаса (считается лучшим в Литве). Первые 2 недели арестованные содержатся в «карантинной» камере на 6 человек (3х8 метров). Санузел как в российских СИЗО – просто отгороженное панелями отхожее место. Душ – 2 раза в неделю. Смена постельного белья – раз в неделю.
Из изолятора можно звонить каждый день, на разговор дается 20 минут. При этом звонок адвокату бесплатный. Как и у нас, на счет находящегося в изоляторе можно положить деньги, на которые он может покупать продукты в местном ларьке. В СИЗО можно ходить в библиотеку, тренажерный зал, играть в настольный теннис.
После карантина арестованных переводят в другой блок на «американскую» систему содержания. Все камеры закрываются только после отбоя. Список активностей тот же. В общем холле есть кухня, холодильник, телевизор. В душ можно ходить без ограничений. (Подробнее здесь.)
Про «особый порядок». В Литве эта процедура называется упрощенным порядком судебного разбирательства с вынесением судебного карательного приказа. При этом приказ выносится судьей заочно – без вызова сторон в процесс. Но у осужденного есть безусловное право подать заявление об отмене вынесенного приказа. Причем разбирательство в общем порядке назначается сразу же после отмены судебного приказа.
Про суд. Разбирательство в общем порядке происходит примерно так же, как в России. Даже ремонт зала, в котором рассматривалось дело Сергея Воронкова, был выполнен в тех же тонах. Отличие состоит лишь в том, что большинство заседаний в литовских судах проходят в Zoom. Буквально – через программу Zoom. Никакого распила бюджетных денег на изобретение велосипедов с «зашифрованными» каналами ВКС литовцы не допускают.
Прокуроры, адвокаты, подсудимые и свидетели в основном выступают в судах удаленно, из своих рабочих кабинетов и офисов. Один из свидетелей нашего процесса выступал в суде посредством мобильного телефона из салона своего автомобиля.
В зале суда тоже присутствуют клетки-аквариумы. Но выглядят они гораздо безобиднее отечественных: выполнены из ПВХ, почти бутафорские. Помещают в них только обвиняемых в тяжких насильственных преступлениях и только если они ведут себя буйно.
В Литве и прокуроры, и адвокаты обязаны выходить в процесс в мантиях. В контексте России я против мантий для адвокатов. Тем более что прокурорам не предлагают тоже в них облачиться. В итоге адвокаты в мантиях будут выглядеть как клоуны в процессе, а прокуроры в своей форме – как серьезные люди. В судах и так нет равноправия, а эта клоунада уведет его в глубокий минус. К слову, ни в одной демократической стране мира прокуроры не одеты в форму. Это сделано для того, чтобы у прокурора не было преимущества в стиле «ты начальник, я дурак».
Когда у российских судей появится независимость, а прокуроры будут «раздеты», можно будет поговорить о мантиях для обвинения и защиты. В конце концов, не все умеют носить костюмы. Когда и защитник, и обвинитель выглядят одинаково, это хорошо, правильно и очень способствует равноправию сторон.