“Я чувствую дерево…”
Пальцы под собой нащупали теплую доску шкафа. Не холодный камень.
“Это…”
Она судорожно вдохнула.
“Это не пещера?”
— Да…
Словно услышав ее мысли, прошептал Джейк.
— Ты дома. Ты со мной.
Она медленно подняла голову. Взгляд все еще был затуманенным. Слезы катились по щекам. Майла долго всматривалась в его лицо будто проверяла настоящий ли он.
“Если это снова обман…”
“Пожалуйста…”
“Пусть хотя бы сейчас он окажется настоящим…”
Девушка резко подалась вперед и вцепилась в него так сильно, что пальцы побелели. Словно он был единственным, что удерживало ее на поверхности.
Джейк крепко обнял ее одной рукой придерживая затылок, другой — плечи. Он ничего не говорил. Иногда слова были лишними.
Она плакала. Не красиво, не тихо. Глухо, с надрывом. Так плачут люди, которые слишком долго запрещали себе плакать.
— Они были настоящими…
Сорвалось у нее почти шепотом.
— Я знаю.
— Они…Я до сих пор чувствую, что они стоят за мной…
Она снова задрожала.
— Иногда мне кажется… если я обернусь…Они будут там…
Джейк медленно покачал головой.
— Сейчас нет.
Она судорожно вдохнула.
— А если…
— Сейчас нет.
Он произнес это тверже. Не споря с ее памятью, не отрицая пережитое. Только возвращая ее в настоящее.
— Здесь только ты и я. Больше никого.
Минуты тянулись медленно. Дрожь постепенно становилась слабее, дыхание выравнивалось, но слезы продолжали течь.
“Почему это никогда не заканчивается?”
“Почему я все еще чувствую запах той пещеры?”
“Почему голод приходит во сне?”
“Почему даже дома я иногда боюсь закрыть глаза?”
Она не знала ответа. И, возможно, не узнает еще долго. Но впервые за весь вечер она перестала чувствовать себя совершенно одной. Майла слышала размеренное биение сердца Джейка. Чувствовала тепло его рук и это было сильнее воспоминаний. Не потому, что кошмар исчез. Нет. Он никуда не делся.
Он жил внутри нее, прятался в самых обычных звуках, запахах и тенях, ожидая случайного момента, чтобы вновь распахнуть двери в прошлое.
Но теперь, когда тьма вновь пыталась затянуть ее обратно, рядом был человек, который не требовал забыть, не говорил, что «все уже закончилось», и не просил перестать бояться. Он просто оставался рядом. Иногда этого было достаточно, чтобы пережить еще одну ночь.