Теперь на их место с тем же кличем пришли ультралеваки. Что подтверждает нам простой факт - левачье заняло в современной РФ место либерды. Та же русофобия, то же стремление к унижению и истреблению русского народа, ненависть к Православию и Русской Церкви, ненависть к исторической русской государственности. Та же любовь к государственным грантам и контрактам.
И как защитник Православия, Самодержавия и Народности - я для них "фашист". Так же как Столыпин, так же как Ильин, так же как Солженицын. И как Путин, который цитирует и ориентируется на этих достойных героев прошлого.
Левачье - враги путинской России, всего того мира, в котором мы живем эти четверть века и за выживание которого сражаемся. Они хотели бы её убрать и переинсталлировать на её месте безумный ленинизм-дзержинизм, то есть истребление русских, гонение на Церковь, деканонизацию Царской Семьи, голод, эпидемии и, конечно, торжество над нами "освобожденных народов", совсем как при дедушке Ленине.
Иногда мне хочется, чтобы они победили. Потому что тяжкому грешнику только и надежда спастись, что мученическая смерть. И метафизически выгодней, чтобы они меня убили. Но во мне еще остался не выжатый гуманист, который понимает, что ценой такой победы левачья будут страдания миллионов русских людей и конечная гибель России.
И поэтому их надо остановить. Как остановили своих краснобесов, распинавших священников и выкапывавших из могил монахинь, герои 17 июля 1936 года. Они были разные, среди них были монархисты и республиканцы, католики и атеисты, романтики и политиканы. Но их объединяло одно - стремление спасти Испанию от натуральных бесов по Достоевскому. И потому они победили. Они прошли.
Им уступили. Невежественные доморощенные леваки, корчащие себя сталинистов, не знают главного обвинения западных леваков Сталину - что он "сдал" испанских республиканцев и фактически отдал победу Франко. Сталин так сделал потому, что, все-таки, испытывал патологическое отвращение к троцкистам и анархистам. Значительная часть советских участников испанской войны была расстреляна именно по подозрению в троцкистском духе.
И Франко этот негласный контракт выполнил и уклонился от участия в нацистской Оси. А в послевоенной Испании мог жить, к примеру, Валерий Харламов, и никаких стеснений не испытывал. Что, объявим Легенду номер 17 фашистом? Или объявим фашистом Фиделя Кастро, объявившего на Кубе траур в день смерти Франко?
В оценке Франко я полностью солидарен с Александром Исаевичем Солженицыным:
«Франко предпринял героическую и великанскую попытку спасти свою страну от государственного распада… Франко сумел тактически-твердо провести Испанию мимо Мировой войны, не вмешавшись, и вот уже 20, 30, 35 лет продержал ее на христианской стороне против всех развальных законов истории!»
Франко спас свою страну от ужасов коммунизма, не допустил в ней никакого настоящего фашизма (не в левацком, а в подлинном значении слова), удерживал против либеральной деградации. Но не удержал - убийство адмирала Карреро Бланко обрекло Испанию на постыдную левацки-педерастическую деградацию.
Но пример сопротивления испанских националистов коммунистическому безумию и их победы останется в веках. Многие русские эмигранты сражались во франкистских войсках. Офицеры иной раз шли рядовыми рекете, лишь бы не допустить для Испании той страшной участи, которую пережила Россия. Когда в открытии памятного знака этим отважным людям принял участие российский дипломат, начался истерический визг левацкой сволочи. И это был один из первых визгов, которые довели нас к порогу духовной гражданской войны, когда враг не брезгует требованиями деканонизации Царской Семьи.
Я не боюсь ни оскорблений, ни угроз, ни смерти. Боюсь только того, что они победят и уничтожат Россию и русских. Но мы не дадим Русскую Землю в обиду. Мы пройдем!