Барельеф одного из моих любимых скульпторов Антуана Бурделя «La Danse», созданный для фасада Театра на Елисейских Полях в 1912 году, представляет собой аллегорический образ танца, вобравший в себя пластические идеи эпохи модерна. Хотя композиция не является портретным изображением, Бурдель сознательно использовал позы и жесты двух величайших танцовщиков своего времени — Айседоры Дункан и Вацлава Нижинского.

От Дункан он заимствовал текучесть линий, свободные движения и ощущение античной гармонии, которые она привнесла в танец, отвергая жёсткие академические формы. Влияние Нижинского проявляется в рельефе, резких акцентах и концентрированной энергии тела, характерной для его выступлений в «Русских сезонах» Дягилева. Бурдель стремился показать танец как столкновение двух противоположных сил — свободной естественности и внутренней экспрессии. Именно поэтому динамика рельефа построена на контрастах: мягкая текучесть соседствует с упругими, почти взрывными линиями.

В результате барельеф стал не только декоративным элементом фасада, но и символом художественной революции начала XX века, в которой Дункан и Нижинский сыграли ключевую роль.