Те папахи, что остались с трефовой дамой, подхватили её и понеслись прочь. Сама Клеопатра просто смотрела в пустоту, не до конца осознавая происходящее и бормоча про себя несвязные речи.

Тем же вечером перед народом был понесён траур перед Алебардом. Слегка пришедшая в себя Клео вещала:

— Мне жаль того, что произошло с Алебардом. Но поймите. Он ошибался! Его сердце прогнило а разум захватил прогресс! В этом лесу живёт Зонтик. И он недоволен нами! Хранитель Воды не чудовище, а каратель нечистых на душу! Наука — лишь рудимент, мешающий вере и плодящий ещё больше неугодных! С этого момента я, ваша Архисестра, признаю это. Мы служим Зонтику, Хранителю Воды посреди пустыни. Несогласные будут изгнаны!

Куроградцам был дан день на выезд. Множество несогласных отправилось с ними, в надежде добраться до Курограда и влажных земель.

* * *

Глубокой ночью на границе Купола, что окружал Оазис и Волшебный Лес, обезумевший Зонтик-Джокер, в обличии злодея, беспомощно колотился в прозрачную плёнку.

— ТВАРЬ! КАК! Я! НЕНАВИЖУ... СЕБЯ!

Словно загнанный в угол зверь, Джокер-форма взвыла и растворилась, обнажая образ Зонтика, на удивление ясный и сдержанный.

— Сердце — это мой Генератор.

После этой фразы он, обмякнув, рухнул на землю, а из тела понеслись искры незаметной глазу силы. Купол стал ещё немного прочнее.