Остановиться. Отмотать время назад. Изменить маршруты и пути, зная исход тех, уже прочерченных стальным ногтем зловещего рока. Вернуть невозвратимых, невосполнимых. Невозможно.
Очень трудно писать об Анне. И трудно мириться с именем её в этом списке, начертанном кровавой бороной войны.
“Тема войны сидит где-то глубоко с самого детства. Много чего хочется сказать, но пишу и стираю, все кажется каким-то шаблонным”. © Аня
Аня рвалась в эту войну. Фактически с самого её начала. 4 апреля 2022 года, за два дня до своего 33-его дня рождения она обратилась к нам за помощью и советом, как попасть на фронт, как помогать ребятам, можно ли присоединиться к функционировавшей на тот момент команде.
Так мы познакомились. С тех пор помогали. Помогали с её гуманитарными сборами. Закидывали её первые репортажи с фронта на безупречном испанском через наши внешние информационные окопы на Запад. Помогли начать заниматься тактикой. Она понимала, что чтобы ездить в самое пекло, надо понимать по каким законам это пекло живёт, чтобы не быть обузой для фронтовиков, чтобы не совершать фатальных ошибок. Фатальных не столько для неё самой, сколько для окружающих её бойцов…Она брала в руки оружие в учебе. В бою её оружием было слово и документальные кадры. Но и защитить себя и ближнего с оружием в руках она могла. Защитить, но не напасть.
Где бы она ни появлялась, все оживали и всё оживало. Её все любили. Парни на передке её ждали. От неё исходило абсолютное человеческое тепло и забота, воспоминания о существовании которых в окопной грязи практически забываются.
Она вечно неслась туда, где было тяжелее и опаснее всего. Матёрые мужики в погонах и без них нерешительно взвешивали все за и против съездить в ту или иную точку на нуле, в то время как Аня там уже либо кому-то привозила гуманитарку, либо снимала репортаж. Её пытались попридержать. Было государственное постановление убрать всех женщин-военкоров с передовой. Но разве можно было остановить Аню? Передовой стали Курская область и Белгородчина. Остановить её, отговорить, было абсолютно невозможно, да и бессмысленно. Человек знал чего хочет, сам выбирал и строил свой путь. Иллюзий у неё не было. Опасности осознавались полностью. Просто человек не мог поступать иначе. Не мог быть встороне. Не мог. Не остался…и ушёл в вечность... Выполняя долг. Только скорее не служебный. А долг перед своей совестью и сердцем.
Мы ожесточаемся с каждым годом войны. С каждой потерей. Становимся злее, покрываясь броней изнутри. Но эта потеря, как удар поддых, вышибающий из лёгхик последние молекулы воздуха.
Как написал наш дорогой дядя Саша:
“В очередной раз понимаю, что хорошее о людях нужно говорить при жизни. Но почему-то чаще это происходит после их смерти”.
И это невыносимо. Всегда.
Это видео Аня делала вместе с её папой, к 9 мая 2020 года.
У Ани остались сестра и родители…и очень много осиротевших друзей… и очень светлая память…
Быть воительницей — жить вечно.
Враг будет разбит.
Победа будет за нами.