Глава 2: Теневой Клык

На равнине колесо опрокинутой повозки издавало с трудом захлебывающийся стон. Горные вершины, увенчанные холодными скалами и вечным льдом, вскоре погрузились во тьму, когда солнце скрылось за хребтами. Тьма: растворитель, способный растопить жестокость там, где кровь и слезы ничего не стоят, позволяя алчности поднять свою грязную голову. Даже простые, обыденные удовольствия рождались в этой суровой среде.

Банда головорезов, чье ремесло – драки и убийства, медленно приближалась к повозке, все еще издавая мучительные звуки. Другая банда уже обосновалась на этой территории, но они не радушно принимали людей своей профессии. Тем более, когда те превращались в безжизненные трупы, которые уже не могли ни с кем пожать руку и не могли убивать ради денег. Головорезы, освободившись от бремени своей скучной жизни, казалось, не были заинтересованы в сборе каких-либо реликвий.

Молодой эльф схватил колесо, чтобы остановить его; иначе оно могло бы вращаться вечно. Стоя среди двадцати трупов, он прислушивался к бормотанию своих товарищей-наемников. Они искали некий сундук. Один из них, любивший хвастаться своими знаниями, сказал, что этот сундук — предмет, который барон Левин, бывший лорд Гирана, спрятал перед тем, как потерять замок. Однако ему не удалось привлечь внимание своих товарищей. Их не интересовало содержимое какого-то ящика, застрявшего где-то в грязной яме. Вместо этого они оживленно болтали о женщинах, за которыми будут ухаживать, и о выпивке, которую будут пить по возвращении в деревню.

«Клубничный пирог Натали — лучший в Адене. Знаю, некоторые обвиняют меня в немужественности, когда я схожу с ума от одного только пирога. Ну что ж. Раньше у меня было такое же отношение, пока однажды Натали не испекла для меня пирог! По словам Натали, секрет приготовления вкуснейшего клубничного пирога в том, чтобы… Аааа!»

Огромная стрела, размером с копье, пронзила грудь наемника, обожавшего пироги, обнажив свой зловещий кривой наконечник. Умирающий наемник посмотрел на это так, словно никогда прежде не видел ничего подобного, а затем перевел взгляд на своих товарищей. Он не успел попрощаться с ними. Остальные наемники бросились на противоположную сторону повозки, чтобы подготовиться к следующему залпу неизвестного нападающего.

Наёмники колебались. Они не были настолько глупы, чтобы броситься в лес, не зная, что там скрывается. Однако они не могли просто сидеть у повозки, не обнаружив своего тайного врага. Снова и снова раздавались резкие звуки, похожие на треск шёлковой ткани. Каждый раз какая-то часть повозки разрушалась. Повозка проваливалась, словно сделанная из бумаги. С другой стороны дороги летели стрелы, и наёмники бросились в лес. Хотя днём лес казался достаточно безопасным, с наступлением ночи он превращался в зловещее чудовище. Небольшой корешок, прикреплённый к старому пню, похожий на ведьмину руку, тянущуюся низко к земле, цеплялся за ноги прохожих. Засохшие мёртвые ветви кололи им глаза, а гниющая вода под опавшими листьями забивала обувь. Насекомые, чей покой был нарушен, выражали своё недовольство, яростно нападая на глаза, уши и носы наёмников. Окруженные такими грозными врагами, они ожидали, что таинственный лучник скоро приблизится к ним. Они разделились на группы по три-пять человек и спрятались, ожидая нападения лучника.

Почувствовав, как сжалось сердце, эльф поднял взгляд. В отличие от окружающих его лесов, он выглядел мирным. Небо, пронизанное ветром, возвещало наступление ночи, было одето в тонкую, насыщенно-синюю ткань, усыпанную жемчугом. Вскоре из-за деревьев показалась круглая полная луна. Когда ветер стих, словно возвещая чью-то судьбу, из леса раздался одинокий звериный вой.