Эльфийская элегия о любви, войне с демоном Белетом и обещании длиною в вечность
Среди всех древних ужасов Адена есть история тихая, как свеча на ветру. В ней нет ни битвы за печати, ни жажды власти — только эльфийка на маленьком острове, что уже тысячу лет ждёт того, кто не придёт. Её зовут Lilith.
(И сразу оговорка для читателя: это светлая эльфийка-Спеллсингер с Talking Island, а не эпик-босс тьмы Lilith из главы о Семи Печатях. Одно имя — два совсем разных существа.)
Двое под эльфийскими кронами
Тысячу лет назад Lilith была высокой Спеллсингер, а любовь её звали Theon — лучший среди Храмовых Рыцарей. Их чувство родилось поздней осенью:
«Пока почки набухали и увядали, потом опадали — и так раз за разом, — наша любовь становилась только крепче».
Двоих отправили послами в человеческое королевство Эльмореден. Но над небом уже сгущалась тьма.
Война с демоном Белетом
Имя тьме было Beleth — демон, что рвался к господству над миром, и «мир едва не пришёл к концу». Против него поднялись Мистики Башни Слоновой Кости, и в войну вступили Theon и Lilith. В финальной битве Мистики пустили запретную магию, чтобы заточить Белета. Lilith была тяжело ранена; очнувшись месяцы спустя, узнала: Theon пал, до последнего сдерживая полчища нежити ради отступления союзников. Но тела его так и не нашли — и это стало её проклятием и надеждой на тысячу лет.
Перед войной они дали слово: остаться на Talking Island и учить людей магии, «чтобы никогда больше не явился новый Beleth».
«Если Theon жив, он придёт исполнить наш обет. Прошло тысячу лет, но я всё ещё верю — и продолжаю ждать».
Для эльфов «ждать» может значить сотни лет. И она ждёт, глядя, как времена года сменяются снова и снова.
Ложная надежда
Весть: в Gludin видели эльфа, похожего на Theon. «Сердце моё заколотилось…» Она просит путника разузнать, вручает письмо — и даже в надежде тревожится не о себе, а о посланце: «Я ждала тысячу лет — подожду ещё. Не спеши».
Эльф оказался не Theon. Путник принёс лишь дневник Theon и последнюю правду. Она приняла её без слёз:
«Понимаю… Theon уже вернулся в объятия Эвы… Я лишь надеялась хоть раз увидеть его лицо, тихонько подойти и позвать по имени… Судьба так жестока: свести нас, влюбить — и в конце разлучить смертью…»
Она взяла дневник погибшего и попросила лишь оставить её одну — провести день в тишине, читая строки того, кого ждала тысячу лет и не дождалась.
Без драконов и печатей, а задевает сильнее иной битвы. Пока боги воюют, а императоры проклинают себя гордыней, на тихом острове эльфийка держит слово, данное мёртвому. В этом весь Аден: верность здесь живёт дольше самой любви...