Дом фон Хеллманн: дневник Лидии
Готическая трагедия о мятеже, тёмном контракте и девушке, что потеряла саму себя
Не всякая трагедия Адена гремит войной богов и драконов. Иные умещаются в тонкую тетрадь, забытую в тёмном замке под Rune, — в дневник юной девушки, что своей рукой записала, как гибнет её дом и как исчезает она сама. Её звали Лидия фон Хеллманн.
Комета в месяц Шилен
«Восьмой день месяца Шилен. Комета горит ярче прежнего», — первая запись, и тут же, будто оправдываясь: «Надеюсь, неправда то, что говорят, — будто в месяц Шилен всегда случается беда». Дом фон Хеллманн был древним родом-стражем земли Rune, чьё призвание, как напомнит брат Лидии Eilhalder, — «оберегать саму Rune, а не королевскую фамилию». Этот-то долг и станет трещиной, в которую войдёт тьма.
Незнакомец в чёрном
«Отец сам не свой, они с братом засиживаются до ночи…» А потом явился он: «Сегодня я встретила незнакомца по имени Nidrah! Дивный чёрный плащ… Роза говорит, он — Тёмный Маг!» Явился «по делу, что не имеет отношения к нашей семье», — и что это за дело, Лидия не поймёт до конца.
«Отец без умолку твердил о том, чтобы начать революцию!» Старый лорд, надломленный прошлой войной, поддался речам чародея: королевская власть Rune висит на волоске, дом призван защищать землю, а не трон. А Лидии Тёмный Маг обронил странное, как заклинание: «в страшные времена всегда храни мужество».
«Меня предали! Все мертвы»
Канун мятежа. А наутро дневник обрывается двумя строками:
«Меня предали!» / «Все мертвы».
Мятеж захлебнулся в крови — отец, брат, слуги. Тёмный Маг исчез, «смеясь, что все мы обмануты». Гордый род стёрт за одну ночь — как предвещала комета.
Обезумевшая от горя Лидия пробилась к Nidrah посреди его церемонии «Тьмы Бездны» — и он заключил с ней контракт. Спросил: чего желаешь больше всего? Чем не пожертвуешь? Она ответила — и потеряла названное, не в силах вспомнить что. «Он обвиняет меня, что я предала семью, свою жизнь, своего бога и сам закон природы». Меняется почерк: «Я гляжу в зеркало — и на меня смотрит её лицо, но зеркала нет!» Печатью контракта стал Луноликий Цветок на её заколке.
Последние страницы — бред распадающейся души:
«…она мертва. Я здесь одна, и она мертва. Кто она? Кто он? Я сказала, что сделаю это. Что сделаю? Я потеряла это. Что потеряла?»
Лидия осталась в мёртвом замке — не живая и не мёртвая. И всё же от неё остался голос — «Письмо Лидии» тому, кто нашёл сокровище дома и её заколку:
«Благодарю… Я следила за тобой, хоть и не должна. У тебя моя заколка? Я потеряла её после сделки с магом. Прошу, верни».
Она всё ещё там. Всё ещё ждёт заколку — печать контракта, отнявшего её имя.