Великие беды всегда начинаются с мелочей. Не с грома небесного, а с того, что на торговом тракте вдруг становится опасно. Южная приморская дорога из Глудио в Гиран веками была безопасной — теперь на ней хозяйничают Langk Lizardmen, осмелевшие настолько, что нападают даже на храмовых жрецов. Стражник Luis из Глудио не скрывает тревоги. (→ квест «Dragon Fangs»)
«Мало было Ol Mahum и орков Turek — теперь ещё и ящеры с юга! Люди напуганы. Даже жрецов, что шли в Глудин, не пощадили». — Стражник Luis
Поодиночке — обычные разбойники. Но если сложить донесения со всех застав, вырисовывается картина тревожнее: ящеры по всему королевству разом подняли головы, будто по единой воле. И воля эта — не их собственная.
Обряды в лесах Орена
За Ореном картина проясняется до жути. Ящеры Leto плодятся неестественно быстро, а по ночам в чаще горят огни их обрядов. Стражник Rath понимает больше, чем говорит вслух. (→ квест «Hunting Leto Lizardman»)
«Ящеры к северу от Орена множатся неспроста. Это связано с ростом силы зла после освобождения Антараса… Скорее всего, они под прямой властью Шилен, и их ритуалы лишь укрепляют мощь Антараса…» — Стражник Rath
Вот связка, которую не видно с городской стены. Ящеры служат Шилен — низвергнутой богине смерти из пролога. Их обряды не суеверие, а работа: каждая церемония подпитывает силу дремлющего дракона. Шилен не может разрушить мир сама — она делает это чужими руками, расшатывая печать Антараса обряд за обрядом.
Трещина, которую не заделать
Сложи всё воедино — и отдельные тревоги превращаются в единый узор. Осмелевшие ящеры на дорогах Глудио. Ночные костры под Ореном. Культы Шилен, что тянутся к силе Земляного Дракона. Печать, что тысячи лет держала первенца древних во сне, дала трещину — и в неё хлынула воля богини смерти. Короли Адена ещё пируют и делят троны, но настоящая история этих лет пишется на обочинах. А там, где слабеет одна древняя печать, вздрагивают и другие. Скоро над землёй встанут Семь Печатей, и спор смертных о запечатанной силе расколет мир надвое — на Рассвет и Закат.
