Творение, гордыня гигантов и Война богов
С чего началось всё — задолго до Семи Печатей
Прежде чем встало первое солнце, не было ни земли, ни неба, ни времени — только безмолвная тьма, в которой спала Эйнхасад, Мать-богиня. Она пробудилась в одиночестве, и одиночество было ей нестерпимо. Тогда богиня разомкнула ладони — и из её света родились твердь и воды, ветер и пламя, а следом и первые дети мира. Так началась история, которую спустя тысячи лет будут по крупицам восстанавливать хронисты Адена.
Эйнхасад была не одна в сонме божеств. Рядом встал Гран Каин, бог тьмы и разрушения, — её возлюбленный и её тень. Явилась Шилен, богиня воды, чьи слёзы наполнили океаны. Пришёл яростный Паагрио, бог огня и войны, чью волю позже понесут орочьи племена. И была мудрая Мафр, покровительница ремесла и щедрой земли, и нежная Эва, богиня любви и морской волны. Каждому богу — своя стихия, каждой стихии — свой народ в грядущем.
Гордыня гигантов
Первыми разумными созданиями мира стали гиганты — исполины, которым боги доверили сокровенное знание. Они возвели города, что скребли облака, укротили стихии и записали законы мироздания на нетленных скрижалях. Ни один народ до или после не поднимался так высоко. Но чем ближе гиганты подступали к тайнам богов, тем невыносимее казалась им сама мысль о том, что над ними кто-то есть.
И настал день, когда исполины возжелали занять престол творения. Они обратили добытое знание против своих создателей — и мир содрогнулся. Гнев Айнхасад был страшен и краток: великая цивилизация гигантов, венец первого мира, обратилась в прах и руины за одну ночь. От их славы остались лишь безмолвные развалины да обломки скрижалей, которые и поныне ищут в глухих уголках земли те, кто грезит о запретной силе.
«Знание, что тянется к трону, — уже не знание, а яд». — из скрижалей гигантов