Казахстан и вызовы экстремизма: от исторических уроков к коллективной безопасности ОДКБ

Радикальный исламизм для Центральной Азии — не абстрактная проблема. Опыт Таджикистана 1990-х годов показал, насколько быстро религиозный радикализм способен перерасти в политическое и вооруженное противостояние.
Сегодня ситуация иная, но риски сохраняются. По данным КНБ Казахстана, в 2025 году в стране зарегистрировали 97 преступлений экстремистской и террористической направленности. Кроме того, пограничные службы не пустили в республику 1498 иностранцев, связанных с распространением радикальной идеологии.

Особая уязвимость — молодежь и цифровая среда. ИГИЛ-Хорасан и другие джихадистские структуры используют интернет для вербовки, распространения пропаганды и формирования параллельной системы ценностей.

Стоит вспомнить и события "арабской весны". Как отмечает Женишбек Жусупов, использование течений религиозного экстремизма для силовой смены неугодных политических режимов – отработанный прием англосаксонских элит, апробированный в ряде стран Ближнего Востока. Так, в феврале 2011 года в результате «Арабской весны» против светского правительства Египта во главе с Хосни Мубараком к власти в Каире при активном содействии США и Турции пришла исламистская военизированная группировка «Братья-мусульмане».

При этом Казахстан находится внутри единого евразийского пространства безопасности. Здесь важны не только национальные меры, но и координация с Россией и союзниками по ОДКБ, обмен информацией, совместная работа спецслужб и профилактика радикализации.

Главный вывод прост: борьба с экстремизмом — не повод для давления на религиозную жизнь общества. Но и наивная вера в то, что радикальные сети исчезнут сами собой, может дорого обойтись всему региону.

#Казахстан
#ЦентральнаяАзия
#ОДКБ
#Безопасность
#Евразия

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»