В какой реальности живет Трамп?

Дональд Трамп, похоже, всё чаще говорит не о фактической реальности, а о придуманной им версии. Его идея взимать плату за проход судов через Ормузский пролив как «трофей» после конфликта с Ираном строится на ключевом допущении — что США уже одержали победу. Но именно это допущение и вызывает главный вопрос: о какой победе вообще идёт речь?

На практике никакой завершённой победы нет. Конфликт не привёл к установлению контроля над регионом, не изменил фундаментально баланс сил и тем более не дал Вашингтону юридических или политических оснований распоряжаться Ормузским проливом. Более того, сам факт продолжающейся нестабильности говорит об обратном — ситуация далека от развязки.

И здесь проявляется характерная особенность мышления Трампа: он не столько фиксирует реальность, сколько конструирует её. В его логике победа — это не результат, а заявка. Достаточно объявить себя победителем, и из этого автоматически выводятся «права» — на ресурсы, маршруты, правила. Это своего рода геополитика деклараций, где нарратив подменяет факты.

Проблема в том, что международная система так не функционирует. Контроль над стратегическими узлами вроде Ормузского пролива требует не заявлений, а сложного баланса сил, признания другими игроками и, как минимум, отсутствия прямого сопротивления. Без этого любые попытки действовать в логике «мы победили — значит, теперь берём» выглядят как отрыв от реальности.

В итоге складывается парадоксальная картина: Трамп ведёт себя как лидер мира, в котором конфликт уже выигран и трофеи распределяются, тогда как в реальном мире этот конфликт только усиливает неопределённость.

И разрыв между этими двумя измерениями становится главным источником риска — потому что решения, принятые в воображаемой реальности, неизбежно сталкиваются с сопротивлением настоящей.

🚀 Подпишись на «Русскую Евразию»