короче, кроме кассандрочки влетела в ролевую ещё и за одного о ч е н ь неоднозначного персонажика, вот один из постов, который мне очень понравился, и теперь хочу им поделиться
кормёжка аудитории текстом под тегом #пешу
• Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы. •
От Луки святое благовествование; 8:17
За его душой грехи, вмещающие в себя мир.
Он раздирает плечи ногтями, руки, битые дрожью, обнимают худощавое тело, содрогающееся на полу - агония души, терзания телесные. Ладони ещё помнят мягкую гладь чужой кожи, разум - чужие глаза, полные слёз и любви, взгляд агнца, принесённого в жертву сущности, что мерзопакостнее лукавого и отродий его.
На что ты готов ради мести призраку, человек Господа?
Он был взрощен в клетке, чьи прутья въедались в мышцы с каждым годом, с каждой жертвой, с каждой слезой и каплей крови, с каждым лживым словом, прикрытым иллюзией о спасении. Клетка душила его, врезалась в кожу, давила на сердце.
Он отсылал сломленных своими руками в далёкие монастыри и лечебницы. Этими руками подписывал нужные документы и ставил необходимые печати, ломая дальше.
Руки, ведомые врагом рода человеческого. Он так говорил себе раз за разом, вымаливая прощение до обитых коленей и потери сознания, топя горькую правду океанами собственных слёз, глушил болью истерзанного, ослабленного тела.
Он вскрывал гнойники, хранящиеся в Ватиканском апостольском архиве, был тенью, что провожала взглядом изгнанных из Божьего дома, незаметной, чёрной, бездонной. Анафема и проклятие в мягкой улыбке его, казни Египетские в неслышной поступи его, кара Господня в слезливых глаза его.
И в каждой печати, в каждой подписи, в каждом одобрении или запрете, в каждом взгляде и мановении рук, в каждом нежном слове и тёплых объятиях было лишь чистое...
з л о.
Он вновь и вновь поднимает глаза к распятию. Даже когда всё плывёт и превращается в смазанные пятна, он находит спасительный крест, который отказывался его спасать.
Он глушил шёпотом бесконечных молитв страшную правду, снова и снова и снова и снова и снова и-...
Он глушил самый страшный секрет, который он знал всегда, но не хочет принять до сих пор. Это не благочестие борется с монстром внутри, пытаясь вернуть себе праведную целостность.
Это чудовище, истинная его сущность, искреннейшая и честнейшая его ипостась, борется с ничтожной оболочкой каждую секунду своего мучительного существования, пытаясь вернуть себе бразды правления.
Приходской викарий собора Святого Николая. Доктор канонического права. Консультант Первого отдела Государственного секретариата Ватикана. Предатель. Растлитель малолетних. Лживая, злая, трусливая, мерзкая, отвратительная тварь.
И будь проклят тот день, когда эта тварь перерастёт свою клетку.
