Одиссея. Нолан.

Вообще это очень неблагодарное дело — пытаться каким-то образом дать оценочное суждение такой картине. Это абсолютный тяжеловес, которого невозможно объять.

Очевидно, это интерпретация гомеровской «Одиссеи», где взяты какие-то сюжетные механизмы, а дальше Нолан в силу своего гения ищет всевозможные параллели с той реальностью, в которой мы с вами существуем, выворачивает совершенно всё наизнанку и прежде всего мастерски разрушает эту временную дистанцию между далёким эпосом и реальностью, в которой оказывается обычный зритель перед экраном. И это удивительно — насколько фильм лишён пыли, архаизма и насколько он современен в самой своей постановке.

И вообще интересно, как автор деконструирует героя эпоса. До такой степени, что его главным антагонистом становится не внешний враг, а судьба. Миф о судьбе. Вера в собственное предназначение. Не внешние враги, не циклоп, не поющие сирены, а именно вера в судьбу и столкновение с ней как с главным противником.

Для меня смысловое ядро фильма образует эпизод — встреча с армией мертвецов. Когда войско отплывает, смотрит на армию мертвецов, стоящих на берегу, и кто-то из ещё живых дрожащим голосом спрашивает:

«Это наша судьба?»

И самое страшное, самое парадоксальное, что все ошибки, все знания и весь опыт, который обретает герой, осознавая ценность собственной жизни, близких, любви, в конечном счёте растворяются.

Потому что люди слагают легенды и песни не об ошибках. Люди слагают их о мифических подвигах и судьбе.

Потому что на самом деле это отражение любой левой, правой, какой угодно идеологии, которая под видом спасения каких-либо ценностей, освобождения, несения демократии или любой другой большой идеи/системы ценностей в конечном счёте может закончиться чудовищным кровопролитием. Точнее, чаще всегда именно этим и заканчивается. Можем сейчас открыть новостную ленту…

По одной простой причине: любое насилие, оправданное какой-либо идеей, очень легко начинает оправдывать само себя. Но наступает момент, когда пелена этой концепции растворяется. И ты видишь реальность. А в реальности остаётся только смерть. Страдания. Чудовищно искалеченные люди. И армия мертвецов, которая преследует тебя до конца твоих дней. И в этом смысле эта картина - это приговор.

Приговор этому времени. Нам. Человечеству. Безапелляционный.

Но, финал. Абсолютно неожиданный. Раскрывает самого режиссера как идеалиста.

Потому что это действительно практически пасторальное послание: человек должен выбрать любовь, а не судьбу. Одиссей Нолана признаёт бессмысленность своего прежнего выбора, признаёт все свои ошибки и ужас собственных деяний и выбирает осознанное изгнание в компании своей возлюбленной супруги.

То есть это осознанное изгнание от власти, судьбы, подвига. И этот закат, отражающий покой… Ведь в прочтении Нолана, возможно, это вообще последнее видение Одиссея. Возможно, он умирает на руках собственной супруги — мы с вами этого не знаем. Потому что финал настолько идиллический, настолько сказочный, что его вполне можно прочитать и таким образом.

И вот этим трепетным, идеалистским, где-то очень юношеским посланием к миру я однозначно восхищён.

Удивительно, как сэр Кристофер Нолан всё ещё способен вселять надежду и транслировать очень простую идею: любовь сильнее любой власти, любой миссии, любой идеи, которая оправдывает какое-либо насилие.

В общем, всем прекрасного заката на фоне колышущегося моря в объятиях любимого человека. И совершайте подвиги во имя любви.

Потому что любой подвиг, который оправдывает насилие, — это уже не подвиг, а низость.

Ваши мысли?