В последних своих заявлениях Лукашенко призывает государственную машину усилить борьбу с протестами и призывает к гораздо большей жесткости и жестокости. Отсюда мы можем сделать два вывода.
Первый: если призывы звучат публично и обращены прямиком к подчиненным, Лукашенко недоволен тем, как система исполняет его приказы. Это можно понять, сам-то он в любой момент может улететь на самолете в безопасное место, а рядовым милиционерам, судьям, сотрудникам госорганов еще много лет жить в этой стране в непосредственном окружении людей, которые эту жестокость им не забудут и не простят.

И второй: Лукашенко дает понять, что он заинтересован в большей жестокости и насилии, похоже, подчеркнуто мирные протесты и гражданско-экономическое сопротивление дают свои плоды, а система страдает от того, что ее берут измором. Поэтому Лукашенко хочет все перевести в силовое противостояние, где у него есть преимущество. И также важно отметить, что он очень хочет показать России насилие с обеих сторон, горящие машины и разбитые витрины, потому что именно этого они больше всего и боятся в белорусских протестах. И то, что он вынужден делать такие заявления, обусловлено возросшим давлением и отсутствием поддержки со стороны России.