В беларуских СМИ вышли новости с заголовками вроде: «Лукашенко раскрыл подробности переговоров с Путиным». И тут как с надписью на заборе: заголовок есть, а подробностей нет. Вот что рассказал про Сочи лидер беларуского ОМОНа: «Я даже не собираюсь сейчас перечислять все вопросы, которые были обсуждены. Их десятки были. Очень многие вопросы». Последний раз авторы нашего канала слышали подобное заявление в старшей школе от одноклассника Олега, только там вместо «вопросов» были «девушки».

Лукашенко действительно ничего не рассказал о содержании шестичасовых переговоров в Сочи и последовавшего за ними телефонного звонка от Путина. Зато он в больших подробностях поведал нам о том, что НЕ обсуждалось на встрече с главой Кремля.

1. Бывший президент не просил кредит вообще ни разу, даже в мыслях такого никогда и не было. В переводе с лукашенковского на человеческий это означает: денег очень хотелось, но сразу дали понять, что упрашивать бесполезно. Тут, вероятно, сыграл свою роль материал, опубликованный в Коммерсанте. Напомним: за две недели до встречи в Сочи из источников в правительстве РФ стало известно о просьбе беларуского режима предоставить кредит на 3 миллиарда долларов.

Эта новость вызвала не только значительное негодование в российском обществе, но и непонимание правящих элит. На фоне падающей экономики и сокращающегося бюджета (а значит пирога, который делит между собой российский правящий класс) давать деньги человеку, который их никогда не вернёт, не кажется хорошей идеей.

2. Не обсуждалось никакого трансфера власти в Беларуси, а всё, что пишут об этом беларуские телеграм-каналы и российские СМИ (в том числе государственные), - ложь, наглая ложь. Вот на этом пункте Лукашенко особенно настаивает - видно, что ему это важно. Мы подозреваем, что тут бывший президент обращается не к нам, а к своим силовикам и чиновникам. Похоже, что после сочинской встречи в госаппарате пошли активные разговоры о том, что начальство скоро сменится.

Для устойчивости госаппарата атмосфера неопределённости крайне губительна. Не понятно, кому вообще быть лояльным. То ли начинать работать на Макея (сейчас его многие считают преемником, на котором настаивает Москва), то ли искать влиятельных патронов в Кремле, то ли прощупывать почву в штабах Бабарико и Латушко. Вообще управляемый трансфер власти для части беларуских чиновников и силовиков намного страшнее, чем для самого Лукашенко. Но это отдельная большая тема, о которой мы обязательно поговорим в следующем посте.

3. Лукашенко отрицает торговлю суверенитетом. Может опять показаться, что он оправдывается перед беларусами, но нет, адресат всё тот же - беларуский чиновник. Лукашенко вообще не понимает природы страха беларусов перед поглощением со стороны РФ. Свобода, национальное самосознание, культурная идентичность - эти концепции глубоко чужды бывшему президенту. Зато Лукашенко очень хорошо понимает, почему беларуский чиновник боится «углубленной интеграции» - это страх потери тёплого места.

Представим, что, например, Беларуськалий отходит в руки российскому бизнесу. Всё начальство, с их дипломами аграрных техникумов, сразу отправляется на улицу и заменяется выпускниками британских экономических факультетов. Правда, большая часть из них - родственники и родственники друзей нового владельца, но безработным лукашенковским управленцам от этого не легче. Идеологический отдел распускается сразу, да и в целом проходит оптимизация кадров. Шахтёра, понятное дело, не оптимизируешь, а вот бесполезный начальник пополняет ряды безработных.

На нижних уровнях бюрократия делает много полезной для общества работы. Но вот лукашенковский чиновник высокого ранга - существо, абсолютно не приспособленное к трудовой деятельности в реальных условиях. Именно поэтому эти нежные существа равно боятся и смены власти, и углубления интеграции. Вот Лукашенко и успокаивает свою последнюю опору как может.