С упорством, достойным лучшего применения, Лукашенко продолжает делать вид, что он всё ещё президент. Встречается с послами, обсуждает развитие взаимоотношений с Пакистаном, делает громкие заявления, назначает министров.

В общем, пытается выполнять ритуалы, свойственные президентской должности. Кроме одного, пожалуй, самого важного ритуала 25 лет правления. Лукашенко перестал публично распекать чиновников, а ведь это было центральным сюжетом, метанарративом беларуской государственности.

Минимум раз в неделю грозный, но справедливый, наш герой появлялся на экранах и метал гром и молнии на головы нерадивых подчиненных. Те скукоживались, трусливо вжимались в кресла и лепетали: «Простите, дорогой Александр Григорьевич!»

Но вождь был непреклонен, чего хотя бы стоит случай с министром сельского хозяйства Русым и губернатором Могилёвской области Зайцем. Когда за все грехи Лукашенко взял... и поменял их местами. Это у них кот Шрёдингера, а у нас - русый заяц Лукашенко.

Но, похоже, благословенные времена царской власти в прошлом. Лукашенко больше не грубит чиновникам, он даже немного заискивает перед ними. В каждом его обращении к подчинённым красной линией проходит просьба: «Не предавайте меня».

Причина таких изменений проста: раньше чиновникам было что-то нужно от Лукашенко, только от него зависело их благополучие и жизненные перспективы. Сейчас все наоборот. Денег нет, а перспективы чиновников зависят только от того, как быстро они смогут сбежать из страны в критический для режима момент.

Бывший президент сейчас вынужден просить поддержки даже у своих собственных подчинённых, перейдя с грубого тона на добродушный. Но это нормальный человек может проникнуться уважением к начальнику в ответ на доброе отношение, но не беларуский чиновник, 20 лет эволюционировавший в системе Лукашенко.
Для него доброта = слабость. Беларуский чиновник, как деревенский конь, он не тронется с места, если не наорать на него матом.

Только вспомните, насколько фундаментальным в формировании имиджа и харизмы диктатора был образ сурового, но справедливого начальника, распекающего подчиненных. Однако, положение Лукашенко настолько критично, что пришлось отказаться даже от столь важного (и, наверняка, очень любимого) ритуала.

А добились этого мы, беларусы. Своим неослабевающим протестом. Мы перевернули игру и заставили Лукашенко лебезить перед собственными чиновниками, тем самым разрушая саму структуру административно-командного режима.