В самом начале романа Круг вспоминает своего детского дантиста — доктора Воллисона, который говаривал «распахни» во времена «молочных зубов». Мимолётная деталь, но за ней — целый мир.

Еврейский дантист с немецко-английской фамилией, уютные дома, старая Европа, где врач был частью ритуала детства. В том не идеальном мире были Воллисоны, и «старомодные, благообразные фасады», и кружка «молочной синевы» из далёкого прошлого. Эквилизм не знает Воллисонов. Есть Падук, есть агенты и палачи — но нет никого, кто помнит твои молочные зубы. Одна фамилия, а целая элегия по утраченному