В «Подвиге» Мартын помнит деда
«только в одном виде, в одном положении»: сидит на скамье, весь в белом. Часы остановились «вместе с его сердцем». Память побеждает время, только став неподвижной. Но это и ловушка: живое воспоминание заменяется застывшей позой. Набоков будет писать об этом всю жизнь, превращая утраченную Россию в галерею неподвижных, но щемяще точных образов.
