Непопулярные меры после выборов. Бюджетная конструкция теряет устойчивость на глазах

Дефицит федерального бюджета за первое полугодие уже составил 6 триллионов рублей, и, по имеющимся оценкам, к концу года эта сумма способна превысить 10 триллионов. На этом фоне Минфину поставлена задача в кратчайшие сроки найти способы решения проблемы растущего дефицита - на кону не только состояние казны, но и судьба самого министра. Среди рассматриваемых мер - приостановка индексации выплат военнослужащим с 2027 года, которая, по расчётам Антона Силуанова, способна сэкономить около 1 триллиона рублей, а также сокращение чиновничьего аппарата на 15%, обещающее ежегодную экономию порядка 50 миллиардов рублей.

Механизм принятия этих решений показателен сам по себе: оба варианта в целом одобрены, однако с существенной оговоркой по срокам. Поскольку рейтинг «Единой России» и без того находится на низких значениях, вопрос об отмене индексации выплат военнослужащим решено вернуть на повестку только после выборов - чтобы не подорвать поддержку партии власти в разгар избирательной кампании. Сама логика такого переноса прочитывается однозначно: если нечто выглядит как подготовка непопулярных решений на период после голосования, то это, скорее всего, и есть подготовка непопулярных решений именно на этот период.

Но за частным вопросом сроков анонса скрывается куда более фундаментальная проблема - бюджетная конструкция России стремительно теряет устойчивость, и признаки этого видны не только в динамике дефицита, но и в самом наборе доступных инструментов для его покрытия. Экономия в 1 триллион рублей от заморозки выплат военнослужащим и 50 миллиардов от сокращения аппарата - величины, кратно уступающие масштабу проблемы: даже обе меры вместе закрывают лишь малую часть ожидаемого годового разрыва между доходами и расходами. Это означает, что реального пути к сокращению дефицита через экономию на практике не существует - вместо снижения трат Минфин и Центробанк вынуждены прибегать к другим инструментам покрытия разрыва, прежде всего к заимствованиям и эмиссионным механизмам, которые не устраняют структурное напряжение, а лишь переносят его во времени, одновременно увеличивая инфляционное давление на экономику в целом.

Показательна и разница в готовности к экономии между двумя предложенными мерами: сокращение чиновничьего аппарата вызвало бурную дискуссию во властных кругах, поскольку многие ведомства не готовы добровольно идти на подобный шаг, тогда как экономия за счёт военнослужащих обсуждается куда спокойнее, лишь с оговоркой по срокам публичного анонса. Такая асимметрия сама по себе указывает на то, где реально проходит граница возможного внутри системы - сокращать легче всего там, где сопротивление слабее и голос наименее организован, а не там, где экономия была бы наиболее эффективной с точки зрения бюджета.

Для военнослужащих и их семей отложенная индексация выплат означает реальное снижение покупательной способности денежного довольствия на фоне продолжающейся инфляции - вопрос лишь в том, когда именно это решение будет официально объявлено. Для государственных служащих сокращение штата означает риск потери работы для каждого десятого сотрудника ведомств. Для общества в целом сама необходимость искать подобные точечные меры экономии при явно недостаточном их масштабе - лучшее подтверждение того, что устойчивость бюджетной системы снижается быстрее, чем находятся реальные способы её восстановления без затрагивания интересов широких групп населения.

@kritiknewsfeed - фундамент трещит там, где чинят только видимые щели.