Верховный суд РБ
пересмотрел приговор, вынесенный двум должностным лицам — Андрею Осипову и Руслану Валишину. Их признали виновными в превышении должностных полномочий и приговорили к реальным срокам лишения свободы. Однако апелляционная инстанция внесла в это решение серьезные изменения.
Что произошло
В 2019 году Осипов, работавший начальником Управления капитального строительства администрации Уфы, и Валишин, директор федерального государственного унитарного предприятия, заключили пять муниципальных контрактов на капитальный ремонт и строительство социальных объектов (парк, сквер, крытый каток). Формально они действовали в рамках закона, который позволяет заказывать работы у единственного поставщика, если это учреждение уголовно-исполнительной системы. Однако фактически все работы выполнило не само предприятие, а субподрядные коммерческие организации.
Следствие и суд первой инстанции сочли, что это было сделано в обход конкурентных процедур, чтобы ограничить конкуренцию и дать преимущество определенным фирмам. Кроме того, государству был причинен ущерб — разница между суммой контрактов и реальными затратами субподрядчиков составила почти ₽27,5 млн. Это посчитали превышением должностных полномочий, совершенным группой лиц по предварительному сговору и повлекшее тяжкие последствия.
Районный суд назначил каждому из них по 5 лет колонии общего режима, а Валишину, с учетом предыдущего приговора, — 8 лет. Также с них в солидарном порядке взыскали указанную сумму в пользу администрации Уфы.
Доводы сторон в апелляции
Оба осужденных и их защитники подали жалобы, в которых настаивали на невиновности. Основные аргументы были такими.
Они действовали в рамках закона — в 2019 году норма о закупке у единственного поставщика не запрещала привлекать субподрядчиков. Официальные разъяснения Минэкономразвития и Минфина того периода допускали такую практику.
Они не были знакомы до заключения контрактов, поэтому не могли вступить в предварительный сговор.
Решения принимались коллегиально на совещаниях при главе администрации, так что Осипов действовал не единолично.
Материального ущерба государству нет, потому что все работы выполнены качественно, объекты сданы, а прибыль предприятия (в том числе от этих контрактов) в итоге была перечислена в федеральный бюджет. Сумма в ₽27 млн — это не убытки, а обычный доход предприятия.
Администрация Уфы как потерпевшая сторона сама заявила, что никакого вреда ей не причинено.
Валишин указывал на процессуальные нарушения: ему не давали своевременно ознакомиться с протоколом суда, не разрешали ходатайства, необоснованно зачли сроки содержания под стражей.
Кроме того, защита настаивала на недопустимости некоторых доказательств, в частности заключений специалиста из УФАС, поскольку тот ранее допрашивался по делу как свидетель, а затем выступал в роли специалиста — это противоречит закону.
Что решил апелляционный суд
Изучив материалы, Верховный суд РБ пришел к следующим выводам.
Во-первых, он согласился с защитой в том, что заключения специалиста одного из свидетелей должны быть исключены из дела, так как тот не мог совмещать статус свидетеля и специалиста.
Во-вторых, суд установил, что факт заключения контрактов в обход торгов действительно имел место, и действия осужденных явно выходили за пределы их полномочий. Они не имели права передавать все работы субподрядчикам, потому что закон требует, чтобы предприятие УИС выполняло работы собственными силами. Следовательно, состав преступления есть.
Однако апелляция не согласилась с тем, что эти действия повлекли тяжкие последствия. Сумма ущерба (₽27,5 млн) составила лишь 0,11% от бюджета Уфы и ничтожно малую долю от федерального бюджета. Никаких особых катастрофических последствий не наступило — объекты ввели в эксплуатацию, бюджет не сорван, социальная сфера не пострадала. Поэтому квалифицирующий признак «тяжкие последствия» исключили.
Также суд апелляционной инстанции не нашел доказательств предварительного сговора между Осиповым и Валишиным — они действительно познакомились только в процессе работы, и их действия были скорее согласованными на месте, но не заранее спланированными. Поэтому указание на «группу по предварительному сговору» убрали, но оставили отягчающее обстоятельство — «совершение преступления в составе группы лиц».
Кроме того, из обвинения в отношении Осипова исключили корыстную заинтересованность. А у Валишина, напротив, ее подтвердили (желание получить прибыль для предприятия и премии для сотрудников).
В итоге действия обоих были переквалифицированы с части 3 на часть 1 статьи 286 УК РФ — то есть на «простое» превышение должностных полномочий, без тяжких последствий. Эта часть предусматривает наказание вплоть до четырех лет лишения свободы и штраф. Суд назначил им взыскание по ₽50`000 каждому.
Однако здесь вступил в силу срок давности привлечения к уголовной ответственности. По части 1 статьи 286 преступление относится к средней тяжести, а срок давности по таким преступлениям — 6 лет. События происходили в 2019 году, и к моменту апелляционного рассмотрения (2026 год) эти шесть лет истекли. Поэтому суд постановил освободить обоих осужденных от назначенного наказания в связи с истечением срока давности.
Что с гражданским иском и мерой пресечения
Гражданский иск прокурора на ₽27,5 млн признали обоснованным, поскольку ущерб бюджету мэрии от незаконного заключения контрактов был доказан (несмотря на то, что сами работы выполнены).
Меры пресечения в виде заключения под стражу отменили, и Осипова освободили прямо в зале суда. Валишин уже отбывал наказание по другому приговору, поэтому его первый приговор остался в силе.
Итог
Таким образом, апелляция частично удовлетворила жалобы защиты, смягчив квалификацию и освободив осужденных от реального лишения свободы из-за истечения сроков. Однако сама вина в превышении полномочий была подтверждена, и материальная ответственность (возмещение ущерба) осталась. Решение вступило в законную силу и может быть обжаловано в кассации.
