Источники раскрыли детали очередной громкой схемы с фиктивным трудоустройством и покровительством на самом высоком уровне в Башкортостане.

В центре внимания оказалась некая Ягафарова (Милицова) Юлия Александровна, числившаяся главным специалистом отдела правовой и кадровой работы финансового управления Администрации Уфы. В реальности чиновница на рабочем месте практически не появлялась, зато имела неприкосновенный статус.

  По данным источников, протекцию Ягафаровой якобы оказывал председатель Верховного суда РБ Раиль Шайдуллин, которому оказывала услуги «специалист».
В качестве благодарности за услуги ее устроили, даже при наличии зарегистрированного ООО, где она была директором в администрацию города, а сестру в суд.

Влияние главы ВС РБ прослеживается и в судьбе сестры Ягафаровой — Оксаны Милицовой. Бывшая помощница мирового судьи весной 2026 года скоропостижно стала федеральным судьей Кугарчинского межрайонного суда .

В июле 2025 года Ягафарову устраивали в мэрию в обход всех процедур. Занимался этим вероятно экс-мэр Мавлиев. А вот проверку на конфликт интересов «забыли» провести... В период муниципальной службы Ягафарова напрямую нарушала ФЗ «О муниципальной службе». Ведь она одновременно являлась учредителем и директором отельного ООО «Эдем» (г. Агидель), а также имела действующее ИП в Удмуртии (розничная торговля).

Как отмечают некоторые сотрудники мэрии, Ягафарова отличалась крайне лабильной психикой и отсутствием квалификации, но регулярно заходила к экс-мэру с жалобами на коллег. Недовольным тут же устраивали разнос.

За год службы из 247 рабочих дней чиновница пропустила почти половину по отпускам и больничным. А с 29 июня 2026 года и вовсе ушла на длительный «лечебный отдых» с официально объявленным переломом крестца. А после увольнения Мавлиева уволилась сама.

Пока в судах пытаются обелить и вернуть в кресло экс-градоначальника, Шайдуллин вчера ушел в отпуск со своей   безработной Юлией.

Вскрывшиеся факты протектората и фиктивных назначений девушек в структуры администрации ставят жирный крест на попытках изобразить «чистоту» уфимской верхушки.