А вот и подробности по переговорам от New York Times. Газета раскрывает детали, называя Кирилла Дмитриева ключевой фигурой неформального канала связи между командой Трампа и Кремлём, действовавшего ещё до инаугурации президента США.
...
По данным NYT, единственным представителем команды Трампа, поддерживавшим контакты с РФ в переходный период, был Стив Уиткофф. Он напрямую взаимодействовал с главой РФПИ Кириллом Дмитриевым, хорошо знакомым с окружением Трампа и получившим одобрение Джареда Кушнера. По личному поручению Трампа Уиткофф открыл канал связи с Россией через Дмитриева, охарактеризованный как формат «бизнесмен с бизнесменом».
...
Дмитриева также поддержал наследный принц Саудовской Аравии, заявив Уиткоффу, что, несмотря на множество претендентов на «прямой канал» к Путину, именно Дмитриев является надёжным партнёром, с которым саудиты вели бизнес. А эффективность канала была подтверждена уже в первый месяц новой администрации: в США вернулся осуждённый в РФ учитель Марк Фогель. Его освобождение стало результатом переговоров, начатых Дмитриевым и Уиткоффом ещё до инаугурации.
...
В экономической части Дмитриев с самого начала делал акцент на выгодах мирной сделки. На фоне официальных встреч в Эр-Рияде он и Уиткофф в частном порядке обсуждали возможные уступки, выходящие за рамки требований к Украине. В апреле Уиткофф организовал краткий визит Дмитриева в Вашингтон, где тот представил новые предложения России. Переговоры прошли в доме Уиткоффа при участии госсекретаря Рубио и группы сенаторов и рассматривались как канал передачи сигнала Владимиру Путину.
...
Позднее на переговорах в Майами Дмитриев предлагал формулировки пунктов будущего «28-пунктного мирного плана», над которым ранее работали Уиткофф и Кушнер. Кушнер вносил предложения Дмитриева прямо в свой ноутбук, что подчёркивало высокий уровень доверия между участниками процесса.