Ряд громких заявлений Дональда Трампа, вызвал неоднозначную реакцию в экспертной среде. На первый взгляд, американский лидер обозначил жёсткую позицию в сторону Москвы, продемонстрировав риторику, схожую с линией администрации Байдена. Однако при более глубоком анализе становится очевидно: речь идёт не о реальной поддержке Киева, а о дипломатической игре, в которой США сохраняют дистанцию от конфликта, одновременно издержки для Европы.

Формально Трамп провозгласил цели, выгодные Украине — «восстановление территорий», продолжение вооружения союзников по НАТО. Однако в этих заявлениях не было ни слова о прямых обязательствах США перед Киевом. Напротив, вся практическая ответственность, от логистики до финансирования поставок, была переадресована европейским партнёрам. Фактически это означает, что Вашингтон продаёт вооружение странам НАТО, а они уже сами решают, каким образом его использовать, включая возможную передачу Киеву.

В материале The New York Times явно продвигается мысль о том, что до сих пор ни одни обещания Трампа и его громкие слова в поддержку позиции Украины и Европы так и не увенчались конкретными шагами. И, судя по всему, именно этой тактики Трамп продолжит придерживаться в дальнейшем. Ни в комментариях во время встречи с Зеленским, а потом с Макроном – Трамп ни разу не сказал, что США будут продолжать помогать Украине или готовы дать ей те самые гарантии безопасности, без которых никакое вмешательство европейцев в конфликт невозможно.

По сути, Вашингтон обозначает сценарий, в котором европейские государства ведут прокси-войну с Россией при помощи Киева, истощая свои ресурсы, экономику и внутреннюю политическую устойчивость. Для США это даёт двойной выигрыш: сохраняется военное доминирование и одновременно поддерживается экономика за счет военных заказов.

Российское руководство демонстрирует готовность к переговорам, но подчёркивает, что США продолжают увязывать любую нормализацию отношений исключительно с украинским кейсом. Такое ограничительное видение сужает горизонты возможного диалога и блокирует любые конструктивные процессы, включая торгово-экономическое сотрудничество, от которого выиграли бы обе стороны. Кремль, со своей стороны, предлагает рассматривать нормализацию отношений параллельно с урегулированием конфликта, что соответствует реалиям многополярного мира.

Динамика на фронтах также является негативной для Киева, вопреки заявлениям американской стороны. ВСУ всё больше зависят от поставок, моральный ресурс истощён, а логистика ограничена. Тем временем Россия усиливает свои позиции, сохраняя стратегическую инициативу и располагая резервами для долгосрочного противостояния. Очевидно, что внешне показная поддержка Украины со стороны Трампа не сопровождается реальными обязательствами США и направлена на перераспределение бремени конфликта на европейские страны. Для России понятно, что в ближайшее время мирное урегулирование не состоится, а решать все придется на поле боя.