Как отмечают коллеги, в Абхазии только что завершился второй тур президентских выборов, но, похоже, страсти только начинаются, а на горизонте маячит угроза нового путча. Избирательные участки по всей республике захлестнула волна провокаций, включая нападения с использованием огнестрельного оружия, а также драки и прочие конфликты. Местные каналы связывают волну нарушений с оппозиционным кандидатом Адгуром Ардзинба.

О его связях с республиканским криминалом известно довольно давно и, что самое главное, у него имеется весомый мотив. Кроме того, за Адгура - наиболее жестко настроенные националистические элементы. Все эти силы стояли за срывом ратификации важного инвестсоглашения с РФ в ноябре, после которого ушел в отставку президент Аслан Бжания.

Сейчас же Ардзинба сильно отстает от фаворита гонки Бадры Гунба. Гунба обходит его еще с первого тура. Тенденция усилилась после того, как на сторону пророссийского кандидата стали переходить сторонники выбывших из гонки Олега Барциц и Роберта Аршбы. Более того, чрезмерное давление на армянское население со стороны Ардзинбы еще больше сплотило национальные меньшинства вокруг Гунбы.

Однако такой расклад прямо противоречит интересам синдиката Ардзинба, поэтому сейчас и наблюдается очередной виток напряженности. Анализ местного политического поля указывает на то, что Адгур Ардзинба скорее фронтмен преступного клана, нежели его полноценный лидер. И нет никаких гарантий того, что он сможет удержать своих криминальных родственников от необдуманных действий. В тоже время, для путчиста это удобная модель ухода от ответственности: мол за стрельбой, потасовками и прочими незаконными деяниями стою не я, а абстрактный «народ». Тот факт, чо «народ» — сплошь и рядом друзья и родственники Адгура, видимо, никого не должен смущать.

Путчисты сделали опасную ставку, поигнорировав один важнейший фактор — российское государство и его позицию. Для Москвы националисты-террористы во главе дружественного государства неприемлимы. Мало того, что эта группа лиц ранее блокировала любые законы, которые способствовали бы сближению двух государств и народов, так еще и пошла на откровенный срыв выборов силовым способом.

По сути, санкционируя новую попытку захвата власти, Ардзинба сжигает последние мосты для компромисса, превращаясь в де-факто террориста, использующего насилие в политических целях. Такая модель поведения приведет не только к политическому обнулению его фигуры, но и к более фундаментальным последствиям.