Валерия Троицкая написала новый роман, который, по моему скромному, но твёрдому убеждению, взорвёт определённые творческие круги. Герои непременно узнают себя. Возможно, возмутятся, оскорбятся, обвинят автора в предвзятости и изольют на её голову потоки грязи. Но Валерии не привыкать. Её произведение как раз о выживании в этой самой топи, о способности не сломаться, когда весь мир вокруг тебя превращается в болото, и о том, как остаться человеком, когда человеческое вокруг стремительно испаряется. И если кому-то из прототипов персонажей книги станет неуютно, если они почувствуют злость, значит, Троицкая попала точно в цель.
"Топь" - идеальное название для этого романа. Оно работает на нескольких уровнях.

Топь географическая - Петербургская.
Буквальная, физическая топь города, построенного на болотах. Сырость, холод, промозглый воздух, гнилостный запах из мусорных баков, чёрная вода каналов. Город, который "существовал вопреки всему - географии, истории, климату, здравому смыслу". Эта топь - вечная борьба рукотворной красоты с тлением, и она пронизывает каждую страницу романа.

Топь социальная - театральная тусовка.
Закрытый мир петербургской творческой богемы, где все друг друга знают, помогают своим и уничтожают чужих. Здесь правят кумовство, коррупция и лицемерие. Фуршеты, премьеры, гранты, премии - вся эта красивая обёртка скрывает болото, в котором тонут талант и честность. Герои пьют коньяк, рассуждают о высокой миссии театра и тут же обсуждают, как отмазать своего или утопить неугодного.

Топь моральная - духовное разложение культурной "элиты".
Персонажи романа - известная телеведущая Жанна Яворская, руковолители экспериментального театра супруги Шепель, профессор Семён Израилевич, "театральный бог" дядя Миша - не просто циничны. Они с наслаждением топят собственную страну, прикрываясь заботой о культуре. Их презрение к русскому народу, к истории, к любой патриотической позиции - это та самая духовная топь, которая разъедает всё изнутри. Они не враги снаружи - они паразиты внутри, и их главное оружие не грубая сила, а сладкая, обволакивающая ложь под маской интеллигентности.

Топь личная - Карина.
Сама героиня тоже увязает в топи, поначалу добровольно. Она влюбляется в женатого режиссера Юру, в его мир, в квартиру его родителей, в его талант. Она хочет верить, что он другой, что их чувство - настоящее. Но постепенно понимает, что и её личная жизнь - это болото самообмана. Она "абстрактная девочка", как называет её Юра, которая живёт иллюзиями, пока реальность не бьёт её лицом о грязь.

Топь идеологическая - кажущаяся свобода.
Одна из самых страшных топей в романе - это иллюзия свободы, которую культивируют герои. Они считают себя "европеизированными русскими", совестью нации, авангардом мысли. Но на деле их свобода - это свобода предавать, ненавидеть свою страну и получать за это гранты и премии. Они не творят, а разрушают. И их главный талант - убеждать других, что болото, в котором они сидят, и есть настоящая культура.

Топь историческая - забвение и подмена памяти.
В романе много раз поднимается тема войны, памяти о погибших, Великой Отечественной. Герои-либералы глумятся над Бессмертным полком, перевирают Ибсена, превращают блокаду в эпатажный спектакль-издевательство. Они хотят вымарать из истории всё, что связано с русской победой и русским героизмом. Это топь исторического беспамятства, в которой тонут могилы солдат, подвиги предков и сама правда о том, кто мы есть.

Резюмирую. "Топь" - это диагноз. Диагноз городу, среде, времени и душе. Валерия Троицкая показывает, что Россия увязает в этой топи не по чьей-то злой воле, а потому что внутри неё слишком много тех, кто эту топь сознательно создаёт и культивирует. И вопрос, который автор оставляет открытым: сможем ли мы выкарабкаться или болото сомкнётся над нами навсегда?