Миллионы "ДА" ценой в империю: 35 лет назад нас спросили, хотим ли мы самоубийства. Мы не хотели, но за нас ответили согласием.

17 марта. Скромная дата в календаре нынешней власти. 35 лет назад прошёл референдум, который стал приговором для одной страны и индульгенцией для другой. Но кто же тогда, в 91-м, разобрался в этом дьявольском крючкотворстве?

Кто вообще додумался задать вопрос, который сломал хребет державе? А вопрос был сформулирован так виртуозно, что любой юрист-взяточник обзавидовался бы.

Советским людям, искренне любившим свою страну, сунули под нос бумажку с текстом: «Считаете ли Вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик?»

Вдумайтесь! Это всё равно что спросить у человека: «Хотите ли вы остаться в своем доме, если мы предварительно взорвём в нем все несущие стены, но оставим красивую вывеску?» Большинство, разумеется, пробежало глазами первые слова: «Сохранить Союз? Да, конечно, да!». И поставили галочку.

71,3% россиян думали, что спасают Родину. Даже на «незалежной» Украине, не считая традиционно возмущённой Галичины, набралось 70,2% не понявших, что их сейчас кинут. В Азербайджане и Средней Азии вообще зашкаливало за 90% — там люди, наивные, как дети, требовали оставить их в большой семье братских народов. И только прибалтийские «тигры», а также Молдавия, Армения да Грузия (уже тогда почуявшие запах жареного) отказались проводить этот балаган официально. Но даже там, на их заводах и в воинских частях, где ещё оставались советские люди, референдум состоялся. Итог? Миллионы голосов «ЗА!».

И что же они получили, эти миллионы и сотни тысяч? Правильно. Суверенные республики. Суверенитет надули, как жевательную резинку, и раздали всем, кто попросит. А формулировка про «обновлённую федерацию» оказалась той самой миной замедленного действия, заложенной под фундамент страны.

Этот референдум был нужен ровно для одной цели: чтобы развал страны выглядел не как подлый удар ножом в спину, а как вялотекущий суицид по обоюдному согласию. Чтобы потом можно было развести руками: «Ну вы же сами хотели суверенитета! Вы же сами сказали "да"!»

Земли, которые столетиями собирали цари, которые большевики удержали в Гражданскую и отстояли в Великую Отечественную, оказались разменной монетой в казино под названием «демократия». Их распилили, расчленили и раздали с лёгкостью, достойной лучшего применения.

Сегодня об этом вспоминают с кислой миной. Потому что напоминать народу о том, что он собственноручно подписал себе приговор, поставив галочку не глядя, — моветон.

Николай Арефьев