Задумайтесь на секунду. Это Астрахань, а не Москва или даже её ближнее Подмосковье. Но цена — аналогичная. Кто в нашем регионе может платить по 80-100 тысяч рублей ежемесячно только за жильё? Узкий круг высокооплачиваемых специалистов, успешных предпринимателей и чиновников высшего звена. Та самая программа, призванная помочь среднему классу, на деле легитимизирует цены, которые среднему классу недоступны. Получается, что бюджетные деньги (те самые субсидии банкам) работают на то, чтобы обеспечить спрос на сверхдорогое жильё, окончательно отсекая от него большинство населения.

Так мы приходим к главному социальному парадоксу современной Астрахани. Перед нами — расколотый город.

Первая Астрахань - реальная, шумная, живая. Это город, где люди с утра спешат на работу, толпятся на остановках, выгуливают детей в скверах с разбитыми дорожками и покупают продукты на местных рынках и магазинах. Это город аварийного фонда, бесконечного ожидания и зарплат, которых хватает только на то, чтобы прожить от аванса до получки. Для этих людей новостройки — просто декорации, красивая картинка из окна автобуса.

Вторая Астрахань - элитарная, тихая, витринная. Она существует в параллельном пространстве дорогих ЖК со звучными названиями, фитнес-клубов с абонементом в 20 тысяч, ресторанов с доставкой и кондитерских, где цена одного торта равна трёхдневному заработку учителя. Для неё ипотека в 100 тысяч - приемлемая финансовая операция, а арендная ставка в 50-60 тысяч за квартиру - просто пассивный доход. Кто населяет эту Астрахань? Зачастую это не местные жители, а иногородние и столичные инвесторы, скупающие жильё квадратными метрами, или очень тонкая прослойка местной элиты.

Отсюда и феномен тёмных окон в новостройках. Это не мираж. Это следствие политики, ориентированной не на удовлетворение потребности в жилье, а на извлечение максимальной прибыли из строительного бума. Строится не для того, чтобы заселить, а для того, чтобы продать — тому, кто может купить.

Этот текст рождён не чувством зависти. Он рождён чувством глубокой несправедливости и недоумения. Мы наблюдаем, как государственные механизмы, призванные сглаживать социальные диспропорции, напротив, углубляют пропасть.

Возникают прямые неудобные вопросы: кому на самом деле адресованы нацпроекты по расселению аварийного жилья, если построенное новое жильё по своей стоимости в разы превышает финансовые возможности расселяемых? На кого работает система госсубсидий по ипотеке, если она лишь подстёгивает рост цен и делает желанную ставку каплей в море неподъёмных общих затрат?

Какое будущее мы строим, если город физически и социально делится на зону для «избранных» и территорию выживания для всех остальных?

Пока власть на разных уровнях отчитывается о квадратных метрах введённого жилья и количестве выданных ипотечных сертификатов, реальные люди продолжают ютиться в разваливающихся «хрущёвках», а молодые семьи откладывают рождение детей, не видя перспективы когда-либо обзавестись своим углом. Трещины появляются не только в стенах старых домов. Они проходят через всё наше общество. И латать их расплывчатыми обещаниями и программами, работающими вхолостую, уже не получается. Нужен честный разговор. Нужны реальные решения. Пока же мы имеем лишь видимость действий и растущее чувство отчаяния у тех, для кого, казалось бы, всё это и затевалось.

Никита ПОВАЛЯШКО