​​Мариуполь, поездка четыре и пять. Больница и аэропорт «библиотека»

Часть 1.

Мы идем по дороге от Мариупольского аэропорта к шоссе. Уже сумерки, позади - очень тяжелый и очень насыщенный день. Ноги ноют - попробуйте походить по территории аэропорта из конца в конец, и еще в бронежилете. Дорога абсолютно пустынна и так же абсолютно безжизненна. Возможно, потому что мы знаем - она заминирована. В самом начале, на съезде с шоссе на Мангуш - по асфальту в шахматном порядке расставлены здоровенные плюхи противотанковых мин. Пройти между ними можно, а проехать - нет. В кустах стоит подорвавшийся грузовик с открытой дверью кабины - заглядывать туда мы не пошли, еще днем было заметно, что грунтовая дорога - заминирована тоже, не только асфальт. И если на асфальте все видно - то на земле можно и не заметить, водитель грузовика поплатился. Кто-то постарался на славу. На самом шоссе, уже в сторону Мангуша - подорванная гражданская машина, водителя выбросило, он лежит на обочине. Сначала мне показалось, что птицы что-то ищут в горе тряпья с фиолетовыми пластиковыми тапками, потом только стало понятно, что это не тряпье, а кто-то еще совсем недавно бывший живым. Мое отношение пугает меня самого, я ловлю себя на этой мысли уже не впервые, и не на первой войне - но думаю об этом всего секунду - слева, со стороны Мангуша, начинает бить артиллерия.

Когда раздаются трескучие и громкие выстрелы САУ - вздрагиваешь все равно, не смотря на то, что внутренне, вроде как, к этому готов. Когда мы подошли к дороге - почти стемнело. Машины стояли там же где мы их и оставили - у стеллы со стрелкой Аэропорт в сторону. Автоматически начинаешь считать выстрелы. Раз, два. Пауза. Три и четыре почти сливаются, и сразу пять. Слышно, как снаряд, прямо ощутимо набирая скорость у тебя над головой, с шелестом, как будто за ним развивается кисть целлофановых хвостов от воздушного змея - уходит в сторону города. Через пару секунд его уже не слышно, но он продолжает лететь. Еще пару секунд тишины - и раздается ужасный грохот прилетов, который усиливает городское эхо. Они долетели. Раз, два. Пауза. Три и четыре почти сливаются, и сразу пять. Азовсталь сносит огненный вал. Если мне страшно думать о разрушительной мощи того, что сгружают на голову окопавшимся на заводе на расстоянии 10-15 километров - то что же чувствуют там они? Но в этой ситуации сочувствия к ним нет. Амбиции и зашоренное куриное мировосприятие, формируемое примитивными нацистскими кричалками (и что из этого причина, а что следствие - я знаю, что этой фразой будут возмущаться), желаемое выдать за действительное - и в угоду этому приносить в жертву город. Не их город. Гекатомба получается за чужой счет - даже с учетом того, что сами они и погибнут - хотя очень даже пытаются и выскочить, жить хочется всем.

Перед тем как садиться в машину - я смотрю на Мариуполь. Черный дым через весь город наклонными струями поднимается с севера на юг, его видно даже на фоне потемневшего вечернего неба. Город горит. На верхних этажах видно зарево пожаров. В сгущающейся темноте - это как будто жерло вулкана в стене дома. Оно очень яркое, и огонь живет там своей жизнью, пожирая все, кроме бетона, и медленно но уверенно делая здания черными с первого до последнего этажа - но это будет видно днем. Красная плазма как будто рождает какую-то новую сущность. Над потемневшим городом, погруженным во мрак, и освещенном только всполохами огня - начинает рваться салют. Разноцветный, много и сразу - над уровнями крыш. Огонь добрался до какого-то пиротехнического склада и продолжает свой безумный безудержный пир.

Это был Мариуполь.

Продолжение - часть 2.