Сначала рыбу нам подарили.

И мы были прямо не в восторге: неинтеллигентных цветов, светящаяся, поющая и пластмассовая. Над моей фантазией об идеальной картине, где Кира играет в окружении идеальных природных игрушек, а я прихожу её проведать босая с крынкой молока, распущенными волосами и в льняном платье нависла угрозочка.

Потом довольно быстро выяснилось, что под рыбу Кира танцует. Без рыбы мы бы этого не узнали — других полифонических игрушек у нас не было, и рыбу мы зауважали.

Но тоже не окончательно. Рыбу мы оставили, но не на самой видной полочке. Мы полюбили рыбу как бы иронично, как бы позволяя ей быть. Мы стали наблюдать, когда дни рыбы будут сочтены (сядут батарейки).

Как вы понимаете, жизнь лучший драматург, поэтому Кира полюбила рыбу остервенело, маниакально и беззаветно. В полгода она её просто слушала. Потом научилась нажимать на кнопки. Нужно понимать, что режима у рыбы два: просто ноты и мелодии. Кире очень понравились оба, а ещё больше — бесконечно жать на кнопки. Рыба сравнилась по степени интересности только с мобильным телефоном родителей. То есть, вы понимаете, ситуация серьёзная.

Пластика Киры за месяцы тоже развилась, поэтому уже в год она стала подползать, врубать треки и зажигать под них. Когда заканчивался один трек, она сама нажимала кнопку, чтобы слушать и танцевать дальше.

А потом в рыбе чё-то произошло. Не выдержала, надо полагать, натиска кириной любви и многократных встреч с полом. Дело было в ее электронной начинке, а не батарейках. Сначала она временами фырчала вместо музычки, потом стала фырчать чаще, потом замолчала совсем.

Это было грустно, но дочь без музыки продолжила с ней общение и таскала на все площадки. Примечательно, что Кира переживает, когда кто-то из детей берёт рыбу, хотя на остальные собственные игрушки ей пофиг. То есть рыба очевидно ценна.

Самое ужасное, что по рыбе затосковали я и муш. Во-первых, Кира больше ни подо что так не танцует. Во-вторых, старый друг лучше новых двух, выяснилось, что мы к ней прониклись. Муш пробовал чинить, но мы не поняли, что сломалось. Не веря собственным мыслям, мы стали обсуждать возможность покупки новой рыбы.

Я была против. Вот она естественным образом почила, вот такая она не эстетичная, а как же горевание, а как же проживание, а как же, в конце концов, моя фантазия с крынкой молока. Короче говоря, муш купил рыбу второй раз.

У многих родителей есть история о том, как они купили ребенку, а на самом деле себе Лего, Барби, плюшевого зайца, кукольный домик и подобное, чтобы через это установить некую связь с маленьким собой. У многих будущих родителей есть история, как они купили что-то будущему ребенку, и через это обрели некую связь с ним, неизвестным, крошечным, будущим человечком.

Вот мы с мужем купили себе рыбу. Страшно представить, с чем или кем именно мы таким образом установили связь. Я подозреваю, что это какая-то связь с реальностью. Сколько угодно можно грезить о том, как всё идеально будет, как ты будешь в натуральных струящихся одеждах материнствовать и вообще. На всё это у каждого найдётся своя рыба, которая поплывет в одной ей известном направлении под свою собственную музыку.

И подумать только, всё это экзистенциальное роскошество за пятьсот рублей.