Братство вместо отцовства
Как Сергей Будяков «победил» мать своего ребёнка

Сергей Будяков — человек с правильной публичной биографией. Руководитель провластного «Боевого братства» в Коми, «боевой офицер», патриот, общественник и, разумеется, всегда рядом с представителями власти на правильных патриотических мероприятиях. Но, на поверку, все высокопарные слова со сцены о долге и чести остаются пустыми словами, когда речь заходит даже о собственном ребёнке.

У Будякова есть внебрачный сын. Однако признавать своё отцовство он не захотел. Женщине пришлось обращаться в суд, который установил отцовство и обязал Будякова выплачивать алименты. Казалось бы, руководствуясь офицерской честью на этом можно было бы поставить точку и выполнить законные обязательства. Но нет.

Когда мать ребёнка обратилась в суд с требованием увеличить размер алиментов, пропорционально возросшим доходам Будякова, у мальчика было диагностировано тяжёлое онкологическое заболевание — Т-лимфообластная лимфома с поражением ЦНС и острым поражением почек. Из-за болезни ребёнка и необходимости заниматься его лечением мать вышла на больничный и не могла посещать судебные заседания. В удовлетворении требований об увеличении алиментов ей было отказано — к этому моменту Будяков фиктивно ушёл с работы в службе безопасности «Овен-авто» и стал получателем военной пенсии.

Но Будяков решил, что этого недостаточно — и потребовал взыскать с матери своего больного раком сына ещё и судебные расходы — 43 тысячи рублей. При этом единственный доход женщины — пособие по временной нетрудоспособности составляет 28 000 рублей.

В итоге Будяков, которого суд уже обязал содержать собственного сына, требует взыскать деньги с его матери, потому что не хочет платить больше.

Можно сколько угодно рвать на груди тельняшку, рассказывать о воинской чести, долге, патриотизме и традиционных ценностях. Можно увесить форму медалями, значками «Лучший Папа», выступать декорацией для топов на мероприятиях и лизать власти сапоги, но есть вещи, которые проверяются на деле. Например, отношением к собственному ребёнку, который борется за жизнь.

В общем, между рассуждениями о традиционных ценностях и умением жить по этим ценностям — как-то не по-мужски надломилась скрепа.