​​​​«Справедливая Россия» балансирует на грани 5%. И вот что будет с её голосами, если партия не пройдёт

За несколько дней до выборов одна из главных интриг — судьба «Справедливой России». Партия Сергея Миронова буквально висит на пятипроцентном барьере.

Прогнозы расходятся. ВЦИОМ даёт партии 4–6%, то есть допускает, что она вообще не пройдёт в Госдуму по федеральному списку. ФОМ оптимистичнее — 6–7%. Политологи тоже не уверены: в свежем экспертном опросе РАСО только 40% участников считают прохождение партии гарантированным, ещё 45% говорят лишь о том, что она «может пройти». Эксперты прямо называют кампанию «Справедливой России» одной из самых невыразительных. 

И здесь начинается интересная избирательная математика.

Половина Госдумы — 225 депутатов — избирается по партийным спискам. Чтобы участвовать в распределении этих мест, партия в обычном сценарии должна набрать не менее 5%. Если «Справедливая Россия», например, получает 4,9%, её федеральный список не получает ни одного мандата.

При этом сами голоса физически никому не «передаются». Они остаются в протоколе. Но при распределении 225 списочных мест учитываются голоса партий, допущенных к распределению. Поэтому доли тех, кто преодолел барьер, фактически увеличиваются. Проще говоря: если вы проголосовали за партию, которая осталась за бортом, ваш голос депутатского места этой партии не создаст, а мандаты поделят между прошедшими.

Полностью из Госдумы «Справедливая Россия» при этом, вероятно, не исчезнет. Есть ещё 225 одномандатных округов, где действует другая система: победил конкретный кандидат — получил мандат независимо от результата федерального списка. По данным РБК, как минимум четыре кандидата СР сейчас имеют хорошие шансы победить в своих округах. То есть вполне возможна довольно необычная картина: партия не преодолевает 5%, но несколько её представителей всё равно оказываются в новой Думе.

Почему партия вообще оказалась в таком положении?

На наш взгляд, одна из проблем — в её политическом стиле.

Сергей Миронов годами очень хорошо умеет находить темы, с которыми трудно спорить. Пенсии маленькие — надо повысить. ЖКХ дорогое — тарифы надо ограничить. Цены растут — доходы надо индексировать. Банки слишком много зарабатывают — надо защитить людей.

Вот свежий пример: Миронов предлагает индексировать пенсии не раз в год, а ежеквартально. Аргумент звучит прекрасно: январская индексация быстро съедается новым ростом цен и тарифов, значит, давайте повышать выплаты каждые три месяца.

Какой пенсионер будет против?

Но именно здесь возникает проблема, которую можно назвать декларативным популизмом или, если совсем научно, риторическим максимализмом: максимально привлекательная постановка вопроса при гораздо менее заметном разговоре о механизме реализации, цене решения и шансах провести его через парламент.

То есть схема примерно одна и та же.

«Недопустимо!»

«Граждане не должны страдать!»

«Нужно немедленно увеличить!»

«Мы требуем разобраться!»

И следом ещё одно заявление о том, что происходящее совершенно несправедливо.

Получается политический аналог знаменитого «последнего китайского предупреждения»: предупреждение очень грозное, за ним следует ещё более грозное предупреждение, а потом можно выпустить третье — окончательное. Затем четвёртое, уже совсем окончательное.

Миронов умеет очень убедительно быть возмущённым.

А вот избирателю, похоже, всё чаще хочется понять, что произошло после возмущения.

Какие инициативы удалось провести? Какие решения были приняты? Где партия смогла изменить правила, а не просто предложить их изменить?

Это особенно важно сейчас, когда на одном политическом поле приходится конкурировать сразу с КПРФ, ЛДПР и «Новыми людьми», у каждой из которых есть более понятный собственный образ.

И вот здесь 5% превращаются не просто в цифру.

Это практически референдум о том, нужен ли избирателю такой формат политики ещё пять лет.

Пока прогнозы оставляют «Справедливой России» шанс.

Но впервые за долгое время вариант «не прошли» выглядит уже не политической фантастикой, а вполне реальным сценарием.

@KomiLeaks