Меня наебали фильмы про музыкантов.

Потому что когда мне было пятнадцать, музыкальная карьера выглядела максимально понятно.

Ты сидишь в гараже.

Пишешь три аккорда.

Тебя случайно замечает продюсер.

Через год у тебя зависимость от героина.

Через два — место в истории музыки.

Всё.

Никаких других сценариев я не помню.

Ни в одном фильме музыкант не говорил:

«Так, ребят, сегодня разберём пять способов повысить вовлечённость аудитории».

Ни один рок-идол не снимал видео:

«Топ-3 ошибки начинающих артистов».

Никто.

В моей голове музыкальная карьера выглядела так:

либо ты Курт Кобейн,

либо про тебя снимают фильм, где ты становишься Куртом Кобейном.

Про третий вариант никто не рассказывал.

Где ты в два часа ночи смотришь на телефон и думаешь:

«А если я под свою песню буду резать огурец, это даст охваты?»

И самое мерзкое…

Огурец, сука, реально может дать охваты.

А потом появился ИИ.

И тут оказалось, что меня наебали ещё раз.

Потому что я искренне думала:

ну ладно, люди могут слушать какую угодно херню.

Но хотя бы эту херню должен был кто-то написать.

Оказалось — нет.

Мы все боялись, что ИИ станет как человек.

А оказалось, что человеку вообще необязательно нужен человек.

Ни автор.

Ни музыкант.

Ни исполнитель.

Ни история.

Просто нажал кнопку.

Получил песню.

Потребил.

Пошёл дальше.

И вот это, если честно, гораздо страшнее любого ИИ.