самым большим и болезненным прозрением был процесс осознания что все это время неправильной была я. никто никогда не чист, но именно я основоположник не тех путей и ошибочного конца, к которому подошла моя дорога. не верю в прощение того, кто свято держался за собственную силу воли и духа, на деле оказавшуюся пустым словом о деле. о раздутой душе и дыре в ней, об отсутствии "я" и накладывании ножа
бурмолжа