omnivore

Окрестности озера Hoàn kiếm ❣️

На фото — здание редакции газеты Hà Nội Mới на западном берегу озера Hoàn Kiếm. Это самый центр Ханоя. В этом году зданию 133 года, построено оно французами в классическом колониальном стиле.

Сейчас это излюбленная локация для фотосессий. В тот день я гуляла вокруг озера, дважды его обошла — первый раз видела как под красной надписью фотографировалась молодая пара: девушка в ао зае и мужчина в военной форме, уже на второй мой круг здесь развернулась стройка. Очень по-вьетнамски.

С колониальной администрацией во Вьетнам пришла и западная философия проектирования: четкие геометрические формы, функциональность, тенденциия замыкать пространство, чтобы сохранить тепло. Французы воздвигали памятники ностальгии по своим лазурным побережьям — бело-желтые виллы в tân cổ điển (неоклассическом) стиле. Но побережья Восточного моря оказались строптивее лазурки и встретили их своими тропическими муссонами. Толстые глухие стены летом накапливали жару, а зимой удерживали в помещении влажность.
Решить это было возможно, только пустив ветра в дом — через сеть открытых коридоров с естественной вентиляцией, двухстворчатые зеленые ставни (окна без всяких стекол) и резные кирпичи, которые и вошли в историю как gạch hoa gió.

Получила сканы еще одной пленки — половинка из Ханоя на закате лета, половина нашей ранней городской осени. Скоро покажу! Открыла самую первую фотографию — тест камеры, я просто фотографировала вид из окна отеля на phố cổ (старом квартале). Как и положено во всех вьетнамских больших городах, он выходит на соседнее здание.

Когда я впервые вернулась в Ханой после всех учеб, смотреть в такой вид было единственным доступным мне способом оживить ностальгию по Вьетнаму (нужно было сидеть карантин, а после него мы сразу уезжали на вахту). И знаете, даже такой крошечный фрагмент этой жизни уже будет максимально вьетнамский.

Потом я останусь работать во Вьетнаме на несколько лет, и эти годы дадут мне некоторое количество вьетнамских бытовых привычек.

Например, 1) всегда добавлять свежую зелень или овощи в приготовленное (жареное, тушеное, вареное и тд) блюдо, всегда! 2) всегда делать выбор в пользу открытых окон, а не кондиционера.

Обе привычки связаны с главным принципом организации быта во Вьетнаме — балансом ☯️

Вместо того, чтобы бороться с вызовами bắc bộ (северного) климата, было решено идти на компромисс и с летним зноем, и влажностью, и с северными ветрами, — и строить дом в соответствии с этим компромиссом, так же известным как принцип phong thủy (фэншуй).

В домике напротив моего отеля на фото — открытые галереи, а еще крошечные резные кирпичи. Такие поэтично называют gạch hoa gió или gạch bông gió [кирпич с узором/цветком ~ ветром].

Эти кирпичи могут рассказать чуткому слушателю довольно много интересного про историю городской архитектуры Вьетнама.

С вас огненное сердце, если тоже хотите послушать их истории.. ❤️‍🔥

Мой мини-фильм ~ метафора про религиозную жизнь коренных народов Камбоджи

Смотреть

Иногда я так надолго растягиваю пленку, что одна катушка может быть свидетелем и подношений на могилах Ратанакири, и дождливого пруда в Полюстровском парке, и Невы в последний жаркий летний день и пикника на заливе в честь очередного моего отъезда. А в итоге потом смотришь — как будто что-то все-таки объединило это снимки.

Снимать эмоции чаще было бы счастьем.

Дни этнографического кино открыли мне еще одну сторону съемки — отклик на эти самые личные (?) эмоции, да еще в самой его ультимативной форме: когда в конце ты смотришь со сцены своим зрителям прямо в глаза.

Да, показывать любительские съемки и свой первый монтаж, разделяя один зал с профессиональными режиссерами и большими кинопроектами казалось очень страшным. И, если честно, без поддержки организаторов оно бы и не произошло. Но внезапно! оказалось!, что зритель — не многоголовая гидра, а сцена — не плаха. А в том чтобы найти новую форму высказывания и оказаться услышанным нет ничего страшного. Только очень крутой опыт!

Съездили с Сашей на Дни Этнографического кино.

Как бы уместить все свои впечатления в короткий месседж?

Такие поездки как будто немного переворачивают привычный ход жизни, и чтобы об этом не забыть, проведем reality check состояния до-после. Чтобы это передать, я расскажу вам историю.

Мы с Сашей ехали ранним Сапсаном. Напротив нас сидела мама с ребенком, последнему на вид лет 7. Примерно со второго часа дороги ребенок принял решение разобраться во всех подробностях куда он едет.
Что мы выяснили (перспектива ребенка): В Москве живет тётя. Нужно ехать к тёте. Но они едут к бабушке. Бабушка тоже в Москве. Но к бабушке ехать не хочется. Но хочется в Москву. Так бабушка в Москве? Нет, тетя в Москве. Бабушка тоже? Стоп, хочется же к тете. И отдыхать в Москве.

Попытки сложить в голове, что и тетя и бабушка живут в Москве, и именно туда он и направляется с главной целью — отдыхать, продолжались до прибытия Сапсана на Ленинградский вокзал. Может и дальше, но наши пути там расходились.

Примерно в таком же состоянии была моя голова всю неделю в подготовке к этой поездке. Так что абсолютно ноль осуждения, сто процентов понимания ребенка: и до меня тоже все никак не доходило, что я еду в Москву. Отдыхать*.

*(здесь и далее) отдых — это перезагрузка.

Скоро будут впечатления от самого фестиваля!
Пока — слова благодарности организаторам за возможность так классно провести время!

На второй день мы с Сашей ехали в метро на Кузнецкий мост, смотреть и показывать (шок!) кино; и в вагоне встретили ту маму с ребенком — они ехали в зоопарк с бабушкой. Отдыхать в Москве!

Вот тут можно почитать синопсис фильма, который отправляется уже на следующих выходных на Дни Этнографического кино.

Обычно создание фильма для публики — отдельный проект, лишь косвенно связанный с исследованием. В моем же случае получилось наоборот. «Есть только аром» можно перевести как «есть только ощущение» — и это действительно то, что-только-и-было у меня после моих первых полевых выездов относительно объекта исследования — религии коренных малочисленных народов Камбоджи.

Первые поездки дали мне общее понимание о полевых методах, о том кто вообще такие этнографы, антропологи и полевые лингвисты. Эти поля во многом заменили мне научные институции (к моменту моего вхождения в поле у меня была классическая судьба востоковеда-фрэшмэна: знать обо всем и ни о чем). На первых этапах я в меньшей степени брала самостоятельные интервью и в большей наблюдала как работают мои учителя. Наблюдала любимым из способов — с камерой.

Сейчас выступая с лекциями и докладами, каждый свой рассказ о Ратанакири я начинаю с перечисления огромного количества языков и народов, населяющих эти места, — и это второй момент, почему первое знакомство с этим полем дает калейдоскоп впечатлений и чувств, из которых лишь со временем формируются конкретные вопросы.

В первый день постараюсь не утонуть в образах и рассказать зачем мы — лингвисты-антропологи, через полмира везем в Ратанакири камеры и безумное количество микрофонов.

Во второй уже покажу свой мини-фильм-рефлексию о первых полевых поездках.

Если вы в Москве, приходите поболтать о кино и этнографии! 🙂‍↕️

Автор диптиха: