Как остаться в лесу?

Читаю дискуссию в каналах о том, как «удержать» людей, в частности специалистов, в регионах. Одна сторона делает ставку на воспитание регионального патриотизма и изучение местных языков, другая – на зарплаты. Антропологи, как обычно, говорят о комплексном подходе: важны и инфраструктура, и культура, и доходы, и т.д.

Перескажу ну ОЧЕНЬ широкими мазками ситуацию в хантыйском поле на реке Тромъеган.

🌟В Сургутском районе проживают восточные ханты, которые по моим и не только наблюдениям, не разъехались по городам, и проводят достаточно времени в лесу, поддерживая на стойбищах хозяйство и оленеводство (но они там непостоянно, все-таки XXI век на дворе, людям надо и в больницу ездить, и детей отвозить в школу-интернат, и ягоду продавать, и айфоны покупать). Некоторое количество уехало, но пока что это меньшинство.

🌟За последствия экологического ущерба хантыйские семьи получают от нефтяных компаний денежные компенсации, снегоходы, моторные лодки, топливо и другие блага 💵 Чтобы получать компенсации, нужно подтверждать нефтяникам свою связь с угодьями (подробнее в моих тезисах в прикрепленном сборнике с. 88-91)
🏠Нефтяные деньги также идут на организацию праздников, строительство жилья, больницы, спортзалы и прочее благоустройство в поселках.
🚙Нефтяники построили дороги на угодьях. Для своих нужд, конечно, но коренные ими активно пользуются и могут быстро вывозить лесной промысел с угодий на продажу в города.

❗️Вероятно, без компенсаций, дорог, выдаваемой техники и возможности зарабатывать за счет леса большинство хантов было бы вынуждено разъехаться в поисках работы в города. Без помощи нефтяников хантам было бы значительно сложнее поддерживать жизнь в лесу. Нефтяники, конечно, принесли и много проблем (!!!), но сейчас не об этом.

🌟 Нахождение в лесу способствует поддержанию хантыйских практик. Ханты с реки Тромъеган продолжают говорить на своем языке, шить и носить хантыйскую одежду, у многих растет количество оленей в стадах. Даже на хантыйском языке в основном говорят в лесу, на русском – в поселке и в городе (такая же ситуация у ненцев Ямала). Школа-интернат для детей оленеводов в этом случае не помогает, в поселке, где я провожу исследование, в качестве родного языка преподают мансийский😂😱Почему-то в месте проживания восточных хантов😅 Все информанты и возмущаются, и смеются – причем тут мансийский?)) Взрослые опасаются, что дети утратят язык, впрочем, по-моему мнению, это пока преувеличенное опасение. Деньги и другие блага во многом поддерживают хантыйскую культуру даже без преподавания хантыйского языка в школах, но лучше бы он преподавался!

Конечно, ситуация касается не врачей, а хантов-оленеводов. Это не приезжие специалисты, которым есть куда возвращаться. Для хантов лес – это их первый дом. Но окончательно уехать в город они тоже могли бы, как сделали многие представители северных хантов. Я предлагаю посмотреть на компенсации нефтяников не как на механизм «удержания», а на возможность остаться в лесу и избежать окончательного переезда в город. Способствует этому и инфраструктура, и развивающиеся поселки, и праздники, и т.д.

Так что, возможно, если государство хочет поддерживать какие-то виды традиционных культур (что бы это ни значило), надо обеспечить людям достойную жизнь. Как точно отметил мой друг, послушав мой рассказ: "Зачем нужен, например, центр фольклора вепсов, если все вепсы разъехались из деревень, потому что там денег нет?"