— Если позволите так сказать, я воспитал достойных сыновей. По крайней мере, я уверен, что после моей смерти они не поубивают друг друга, деля имущество.

Нотариус хитро протянул:

— А ваши женщины?

— А эти женщины удивительны, месье. Мои сыновья открыто меня ненавидят... А женщины, как может показаться, души во мне не чают. Да, я им доверяю, бесспорно. Всё-таки каждая из них сыграла роль в моём становлении. Но, знаете, я более чем уверен: если одной из них выпадет шанс избавиться от меня, они подерутся за то, кому меня задушить.

Улыбка нотариуса растворилась на побледневшем лице, он нервно вытянулся. Габриэль жутко усмехнулся и поднял бокал, с милым выражением помахав стоявшим в полукруге Натали, Одри и Амели.