— Тогда спокойной ночи.

Когда ее силуэт растворился среди гирлянд и елей, окружавших тропинку в отель, Феликс тоскливо прошептал:

— Bonne nuit, Мари.

Неожиданно для себя он еще раз повторил её имя.

«Маринетт».

Оно было на вкус как сладкая воздушная пенка на какао. Как свежий и мягкий ветер на побережье Сен-Тропе. Как прохладное пушистое одеяло, к которому он прижимался в детстве, когда не стало мамы. Нежная и сильная, открытая и честная. Ещё вчера он её не знал, сегодня она стала для него самым важным человеком в этом городе.