— Ты помнишь тот момент, когда поняла, что влюбилась в меня?

Взгляд Хлои в отражении зеркала сразу потеплел. Натаниэль обнимал ее со спины.

— Помню.

— Расскажи.

Хлоя пустила заразительный смешок, поуютнее устраиваясь в объятиях мужа.

— Или я угадаю, — Натаниэль сам себя перебил, щекоча шею Хлои своим приятным дыханием. — Зуб даю, это было в августе, когда я пришёл в костюме от Армани? Скажи, я был секси?

Хлоя в отражении поморщилась.

— Я никогда не акцентировала на этом внимание, Нат.

— Хорошо, давай по-другому. Что я тогда сказал тебе?

— "Привет, ты голодная?"

— Что-то не очень подкат.

— Но я была голодной, Нат, и тебе повезло. Ты предложил поесть пиццы на ступеньках старого музея. Ступеньки были деревянными, и чтобы я не порвала колготки, ты специально застелил их своей курткой. Да, я осталась. Но ты нёс полнейшую чушь. Очевидно, смущался.

Натаниэль ловко соскочил на тему, в которой был уверен:

— А помнишь, как я всё-таки порвал твои колготки?

— Главное, что мои первые колготки остались красивым воспоминанием.

Натаниэль промурлыкал на ушко жены. Да, она всегда ценила тот вечер в парке.

— Получается, тогда и влюбилась?

Хлоя ностальгически улыбнулась:

— Не-а. Я всё равно не хотела продолжать общение с тобой – почему-то казалось, что у нас никогда ничего не выйдет. Ну... Разные мы. Я боялась обжечься. Боялась додумать твой образ у себя в голове, поверить в возможность хорошей истории, а потом всё потерять. И в тот момент делала всё для того, чтобы ты отлетел. И у меня почти получилось. Ты принёс мне кофе, я его пробую – а он горький, отвратительно горький! Я обрадовалась: это было фиаско. А ты берешь и открываешь свою безразмерную сумку. Там чехол с кисточками, вонючие гуашевые краски и куча пакетов сахара. Оказалось, что ты всегда брал их в кофейнях и просто таскал с собой. – Хлоя крепче сжала руку Натаниэля, будто это было самым ценным, что у нее есть. Она прошептала: – Завтра будет три года, как я постоянно вытаскиваю пакеты сахара из твоих рубашек.

Натаниэль закрыл глаза, мягко уткнулся в распущенные волосы Хлои и с блаженством, доходящим до дрожи, вдохнул ее запах. Помолчав, он хрипло прошептал:

— Знаешь, если бы у меня не получилось с сахаром... Я бы всё равно продолжил.

— Я знаю, Нат. Я бы тоже продолжила.