Маринетт, сидя за раскладным столом под навесом, пила сладкий колючий лимонад, и наблюдала за тем, как Феликс руководил матерью и друзьями. Амели отказывалась надевать шляпу – в ней было неудобно работать, но при этом через каждые десять минут мадам становилось плохо, и Феликс ругался на мать, говоря, что ее хватит удар. Хлоя без конца крутилась вокруг друзей Феликса, придуриваясь, что не умеет правильно сажать цветы и постоянно колит пальцы. Натаниэль, которого припрягли возить тачку с землей, прожигал всех присутствующих взглядом. Феликс постоянно одёргивал Хлою, и всё происходящее казалось какой-то очень плохой комедией.
Но при этом Маринетт понимала, что всё происходящее остаётся комедией благодаря Феликсу. Если убрать его из системы – всё рухнет и станет трагедией. Он контролировал рассеянную мать, следил за отчаянной Хлоей, усмирял Натаниэля, орал на рабочих, которые топтались на месте, и умудрялся давать комментарии журналистам.
— Как они меня все задолбали, — Феликс завалился на лавку напротив Маринетт. Она заботливо протянула ему стакан лимонада и в моменте увидела, как он меняется в лице, расслабляется и радуется.
— Им повезло с тобой.
— Ну ты их видела? — Феликс устало покачал головой, увидев, как Натаниэль с тачкой
Маринетт, смеясь с тех рожиц, которые он корчил, спросила:
— А я ведь чем-то на них похожа, нет? — она улыбнулась, вроде бы игриво, но в то же время болезненно закусывая губу. — Вступила в твою аферу и связалась тобой, совсем не зная, чего ожидать. М?
— У нас не афёра. — серьёзно ответил Феликс.
— А что? — тише спросила Маринетт, сжав стакан с лимонадом.
💕