Можно было бы сказать, как был бы прекрасен мир, в котором не трогают ни того, ни другого, ни третьего, и в котором никто не улюлюкает вслед арестованным, но, во-первых, это было бы утопией, а во-вторых — ну вот Рыбаря же действительно не жалко, и тогда формула нуждается в уточнении, что препятствовать работе журналистов нехорошо, но если журналист работает на военное ведомство, то его работе препятствовать можно, да и не журналист он вообще. Но с этой поправкой формула станет громоздкой, сложной и какой-то неприятной, что ли — в том числе потому, что хорошая формула должна быть универсальной, а, будучи перенесенной на российские реалии, в которых главный журналист — Владимир Соловьев, эта формула станет оправданием преследования симпатичных нам Гершковича и Сафронова (оба по российским законам осуждены за шпионаж), Фаворской (которая экстремистка-эфбэкашница) и, скажем, Стива Розенберга из Би-би-си, если завтра шпионом объявят его.
И, видимо, повод сетовать, что происходит что-то ненормальное, остался где-то в давнем прошлом — теперь норма именно такая, журналист везде должен быть лоялистом. В России журналистикой может заниматься только тот, кто лоялен российским властям, в Европе (с США пока чуть сложнее) — только тот, кто лоялен властям европейским и украинским заодно.
@ejdailyru