Свежий @kashinplus:

Путинское (бедный Высоцкий — он же совсем не это имел в виду в старой песне об альпинистах) «лучше, чем от водки» звучит здесь как будто даже убедительно; гибель на войне — на самом деле ведь не так много на свете видов смерти, о которых можно сказать, что они хуже, чем война, и если выбор настолько ужасный, то наверное, да — лучше погибнуть в бою, чем быть замученным в чеченском застенке. Николай Карпюк погиб свободным человеком и может быть (точных данных на этот счет нет), даже успел свести на поле сражения какие-то счеты со своими мучителями.
Зет-военкоры напрасно злорадствуют про уничтоженного бандеровца — нет, с историей России Карпюк соприкоснулся не как опасный ее враг, победой над которым она может гордиться, а как образцовая жертва этого государства, как человек, чей формальный, анкетный статус обрек его на кафкианский ужас, а для системы стал не только источником садистского наслаждения, но и тренировкой — не будь Карпюка (и его подельника Станислава Клыха), не было бы сейчас и трагедии Никиты Журавеля — и между прочим, многие ли из тех, кто в наши дни ужасается случившемуся с Журавелем, десять лет назад переживали за Карпюка и Клыха?
Полный текст+аудио