Последнее время часто показываю и рассказываю про рисование жены, сам этого не умею, но на самом деле иногда делаю. Вам покажу только один свой рисунок, который бережно храню с 2012 года.

Он был нарисован в момент сильного эмоционального потрясения и состояние было до такой степени мрачным, что даже лёгкой цветной акварелью получилась густая чёрная ночь в самом начале рассвета. Тут нет какой-то интересной композиции, нестандартного цветового решения или, прости Господи, сюжета. Но глядя на этот рисунок я всегда могу вспомнить всю глубину отчаяния предшествовавшего момента, а самое главное — присутствие внутренней надежды на светлый исход даже в самые мрачные времена.

В комментариях к предыдущему тексту высказали очень на мой взгляд хорошую мысль, что музыка довольно обезличена и поэтому воздействует на более широкую аудиторию, а визуальное творчество очень индивидуально: каждый живёт в неком пузыре из культуры, семейных традиций, жизненного опыта и прочих поправок на профессиональные/личные интересы, в одной и той же визуальной работе весь этот бэкграунд даст разное восприятие. И лично для себя заметил, что именно к визуальным работам сильно меняется отношение после того, как я узнаю биографию автора и его жизненные обстоятельства в момент создания; с музыкой такого эффекта нет, разве что добавляются небольшие оттенки.

Я прекрасно понимаю, что этот рисунок для подавляющего большинства увидевших будет просто проходной любительской картинкой, не выражающей буквально ничего, а для меня это яркое переживание. И так, мне кажется, происходит почти с любой визуальной работой, просто не в таких контрастных соотношениях одобрения, безразличия или неприятия.