В ретроспективе, главная историческая ошибка татар в 20 веке - это отсутствие массовой поддержки большевиков. Или можно даже взять шире - практически полное отсутствие татар на революционно-левом фланге. Та часть татарской интеллигенции, которая в принципе играла в российскую политику (особенно после ее либерализации в 1905) склонялась к либеральному лагерю, прежде всего, к кадетам. В 1917 году весь этот фланг слился за несколько месяцев, а выстрелили - одни только революционно-левые, и дальше борьба шла уже между ними.

То есть татарские элиты поставили не на ту лошадь

И это имело очень долгоиграющие последствия: на весь 20 век, и на начало 21-го. Дело в том, что революция, это - как говорят у нас в Париже - фетх аккомпли. Или, если иначе, radical title, Landnahme. Радикальный передел, который определяет границы, статус, ресурсы, да и вообще примерно все на поколения и поколения вперед. Революция фиксирует новое положение дел, а дальше вы остаетесь с тем, что она зафиксировала, и поменять это практически невозможно.

Так вышло, что татарские элиты в переделе фактически не участвовали. Причина - см. абзац 1. Их не было на революционно-левом фланге, их не было в той конкретной секте, которая в итоге выстрелила, и их по итогам - не оказалось в красной олигархии. То есть при новом порядке дел, этнические татары не играли практически никакой роли, на уровне статпогрешности. В итоге татары собрали колоссальный total damage от революции, но не получили от нее практически никаких плюсов

По итогам передела, статус и татарского народа, и республики в целом, оказался чрезвычайно низок. Где-то на самом дне. И это имело очень долгосрочные последствия. Потому что идеология меняется, риторика, правящие элиты. А статус - он остается. И все что удалось выбить в период передела, оно превращается в объективный факт реальности, с которым дальше считаются все.

Сами посудите. Все, кто выбил себе союзный статус в начале 20-х, потом остались в этом статусе - и в 1991 получили независимость. Все союзные республики получили, никто из автономных и ниже - не получил. То есть достижение независимости было функцией не от наличия слэш отсутствия сепаратистских устремлений (это, в целом, не имело никакого значения), а исключительно от текущего статуса в рамках советской институциональной системы. Так вот изменить этот статус в период передела было вполне реально, а потом - исключительно трудно, и совершенно невозможно.