Психолог по этому автору плачет (или нет?)
Когда я была просто читателем и натыкалась в текстах на откровенную жесть, у меня в голове билась одна мысль: «Матерь божья, что у автора в жизни происходит, если он пишет такое? Психолог по вам плачет, дорогой автор!».
Мне казалось, что если человек выдает такую надрывную драму, его жизнь — беспросветный мрак. Или как минимум был прожит опыт, невероятно созвучный с происходящим.
Если я так страдаю вместе с героями, злюсь на них, значит, там много чего-то реального, да?
🤩Я плохо разделяла текст и личность автора, зачастую еще и проецируя поведение героев на того, кто их создал.
А потом начала писать сама… и оказалось, что текст и реальность автора — это параллельные вселенные, которые в бытовом плане могут вообще не пересекаться))
Прямо сейчас я могу сидеть под пледом, щуриться на закатное солнышко, потягивать мохито… Короче, быть в полном дзене, хотя бы мимолетном — и при этом со злодейской улыбкой хихикать над тем, как здорово было бы написать историю, где в финале все умрут 😈
В целом, логично, что самые жуткие, мрачные и психологически невыносимые драмы часто (но не обязательно, не могу говорить за всех) пишутся в комфорте.
Когда у человека в реальности происходит настоящий ад, у него может тупо не быть ни умственных, ни моральных сил конструировать его еще и на бумаге. Даже сублимировать. Тогда нужен только свет, терапия, хэппи-энды.
Хотя в процессе написания поста словила себя на мысли, что наверняка есть авторы, чьи тексты — это крик о помощи, зашифрованный в метафоры. Думаю, неким критерием может быть застревание в одном и том же сценарии, когда текст перестает быть инструментом исследования и становится способом бесконечного ретравматизирующего самобичевания.
🤩Но тогда откуда берется эта потребность в стекле, мудаках и боли?
А вот когда в жизни все стабильно, психика будто подает сигнал: «Так, базовые потребности закрыты, выживать не надо. Пойдем поисследуем бездну?». Как просмотр тру-крайма или фильмов ужасов.
Для меня зачастую это чистый исследовательский азарт — заглянуть туда, где тонко, где рвется. Причем это абсолютно безопасно, ведь именно я контролирую и героев, и сюжет.
При этом текст — мой способ думать о каких-то вещах, крутить их с разных сторон, да и в начале пути я точно не была в состоянии дзена, хоть и не тотального надрыва. Как будто нужно было уложить определенные эмоции, но уже было достаточно дистанции, чтобы их описать.
🤩 Как сказал Стивен Кинг: «Писательство — это не жизнь, но оно — способ понять жизнь».
Говорят, чтобы текст брал за живое, в него нужно вложить реальную боль. Но фишка в том, что нам не обязательно переживать травму в тех же масштабах или разделять убеждения героев. Ведь часто достаточно подключиться к общечеловеческому опыту и просто понять, как это ощущается.
🤩Авторы — профессиональные лжецы, у которых обман легализован красивыми словами ✨художественный вымысел✨.
Как будто в голову встроен внутренний адронный коллайдер, куда помешается что-то хотя бы отдаленно знакомое, а потом разгоняется до космических масштабов, хоть это и выматывает. Мои слезки при написании глав с нервным срывом Гермионы не дадут соврать.
Вообще-то, должно быть не так уж весело списывать героев с себя, ибо нужна смелость посмотреть на себя со стороны. Правда, это абсолютно не мешает делать это подсознательно, но оставим это действительно для кабинета психолога))
И вот осознание всех этих вещей помогает, кстати, и легче относиться к критике героев. Если они не я, а я что-то вроде актера на бумаге — почему мне надо обижаться / стыдиться? Когда я рассказываю об очередном кринже, который выкинул мой сосед, я уж точно не хочу посыпать голову пеплом вместе с ним.
🤩 Короче, о чем я — точно нельзя судить о жизни автора по его работам, ведь за сотнями страниц можно так ловко спрятаться, что не останется и шанса разглядеть реальность.
А у вас бывало такое? Ловили себя на мысли, что примеряете сюжет книги на реальную жизнь автора? А если вы — автор: в каком состоянии лучше пишется «стекло» — в абсолютном дзене или когда внутри все кипит?
